ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мощный дебют нового автора Trendbooks – ужасы и хтонь в российской глубинке для всех поклонников сериала «Топи» и книги Светланы Тюльбашевой «Лес». «Тихое» – захватывающий мистический триллер в духе Стивена Кинга, где за фасадом вымирающего поселка скрываются жуткие тайны. Мрачный авторский юмор, тонкий психологизм и продуманный сюжет, от которого не оторваться! В прошлом перспективный журналист Саня давно отказался от больших амбиций и пишет про звездные скандалы. Предложение заняться серьезным расследованием зверского убийства в колонии Сане не нравится. В деле много странного, замешаны большие люди. Но хуже всего – колония находится в Тихом, поселке, откуда Саня родом и куда он надеялся никогда не возвращаться. Построенное на болотах, Тихое словно затягивает в свои топи. В разбитых стеклах заброшенных домов отражается чернота, и кажется, что из нее вот-вот протянется нечто страшное. Успеет ли Саня выбраться из Тихого, прежде чем поселок заберет свое? ... Если вы ищете интересные книги с яркими героями, книги для взрослых о потустороннем, книги 18+, которые выпускает издательство Clever, книги интересные о сложном выборе, книги художественная литература, цепляющие с первой страницы, такая художественная литература для вас. Роман «Тихое» – качественная художественная литература взрослая для всех любителей жанра ужасов и триллера.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С немыслимой жестокостью отделял мышцы, связки и прочие ткани друг от друга, разрывал их, будто целью было не просто убить человека, а вывернуть его наизнанку.

Глядя на жуткие фото, Саня буквально чувствовал запах крови и экскрементов. А осматривая труп, просто невозможно было поверить, что такое мог сделать человек. Если бы не окровавленные стекла, могло показаться, что тут случилось нападение бешеного животного. Во всем этом ощущалась даже не злость, типичная для убийства, а какое-то подавляющее безумие.

Далее переписка прерывалась матом Михалыча. Наконец, успокоившись, редактор «Сейчас!» задал информатору вопрос: «А зачем Андрей сделалтакое с младшим братом?»

«Прикол в том, – ответил Данила, – что, по его словам, он этого и не делал. Андрей утверждает, что все это с Василием сделали… руки. Короче, он сейчас в психушке под строгим наблюдением. Нам, в общем-то, и плевать, кто и почему это сделал. Это серьезный залет. У нас не сталинский ГУЛАГ, нынче за смерть зэков могут и головы полететь. А уж если всплывут подробности, засветятся фотографии… Короче, к такой колонии будет много вопросов. А главное – много вопросов будет к ее начальству, которое в нашей беспокойной ситуации быстро может стать бывшим. Что, как ты понимаешь, и требуется».

Саня вернул телефон на стол. Его хозяин протянул журналисту свой вейп.

– Пара затяжек после такого не грех, – сообщил Михалыч.

Саня отказался. Горло и так неприятно сжалось подступающей тошнотой.

– Ну валяй, – Михалыч откинулся в кресле и закурил сам, – задавай вопросы.

– Первый: а почему «Красноармеец»?

Редактор рассмеялся:

– Вот зараза! Удивил. Ладно, история такая. Данила этот, как ты понимаешь, человек… непростой. Ездит только на хороших иномарках. А правила соблюдать не очень любит. Короче, он сначала разбил новенькую БМВ. Потом мерс. Потом еще две БМВ было. В общем, как и положено доблестному красноармейцу, кучу немецкой техники угробил… Какой второй вопрос?

– Чего вы от меня хотите? Фото у вас есть, информация тоже…

– Это хвост. А я хочу, чтобы ты за него потянул. – Михалыч ткнул пальцем в телефон. – Я наутро созвонился с Данилой. Он тебе обеспечит, только со стула не падай, встречу с Богдановым. Приказ придет с самых верхов, так что отмазаться он не сможет. На основании того же разрешения ты сможешь и с охраной поговорить, через них, может, еще что накопаешь. У нас статья не про одного мертвого зэка получится, а про целую жуткую колонию с нелепыми отмазками начальства.

– Да не скажут они ничего…

Михалыч предупредительно поднял палец:

– А вот тут ты не прав! Не успеет он – ни им рты заткнуть, ни сам подготовиться. Он сейчас сидит и думает, что у него все шито-крыто: новость нигде не всплыла, со всех сторон его прикрыли.