ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот вляпался... Той самой картины с обезумевшим Грозным и убитым сыном больше не будет. Я, простой в общем-то ветврач, умудрился изменить историю. Теперь нужно выжить на конном дворе и навести там порядок. Но для начала надо бы от царского гнева уберечься. ... Прогрессорство? Надо подумать... Коновал Виктор Гросов Вот вляпался... Той самой картины с обезумевшим Грозным и убитым сыном больше не будет. Я, простой в общем-то ветврач, умудрился изменить историю. Теперь нужно выжить на конном дворе и навести там порядок. Но для начала надо бы от царского гнева уберечься. Прогрессорство? Надо подумать... Глава 1 Глава 1 Я пришел в себя сжимая рукоять оружия. Ладонь была шире моей, пальцы толще. Костяшки сбиты, на коже старые шрамы. У меня на правом большом пальце восемь лет оставался след от укуса алабая, и я машинально глянул туда. Кожа оказалась чистой, знакомого пятнышка возле запястья тоже не было. Я убрал ладонь и несколько раз пошевелил пальцами. Чувствительность сохранялась, пальцы двигались. Сжал кулак, разжал, коснулся большим пальцем остальных. Мозоли находились не на тех местах, странно все это. За годы работы ветеринаром я привык в непонятным ситуациям, поэтому сначала всегда проверяю то, что можно увидеть и потрогать. Испугаться я толком еще не успел. Моргнул, перевел взгляд с ближайшей стены на дальний угол. Со зрением все было нормально. Коснулся пальцем кончика носа одной рукой, потом другой. Потоптался на месте. Ноги были длиннее моих, и ощущение собственного роста

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Поздно за ними вдогонку посылать. Они за это время могли до Москвы добраться, неделю там прожить и снова уехать.

— Сам знаю, сколько времени прошло, — поморщился Бельский.

Его раздражение было понятно. Несколько дней выжимал из пленного хоть что-нибудь, поднял своих людей в Слободе. Теперь получил обратно прежнего Сухого, а тот первым делом сообщил, что беглецов давно упустили.

— Я к тому, что искать их по дороге теперь бесполезно. Если им помогли уйти, могли дать денег и сменных коней. Позаботиться, где переночуют. Снег уже после их отъезда выпал. Остается каждого встречного расспрашивать, кто мимо него две недели назад проехал.

Иван усмехнулся, Бельский остался серьезен.

— А раньше ты что делал, когда опаздывал?

Я ведь уже знал ответ. Несколько минут назад сам прожил это вместе с Сухим. Человеку нужен ночлег, коню — корм. У кого-то приходилось просить помощи, с кем-то договариваться.

— Расспрашивал тех, кто его видел. Ты говорил, конюшенный накануне той ночи коня брал?

— Проверили, — сразу ответил Бельский. — Из конюшни ничего не пропало. Приезжих лошадей тоже пересчитали. Он одного коня вывел и вернул.

Очень похоже на Богдана Яковлевича. Он выяснял, мог ли слуга уехать верхом, потому и проверил, все ли лошади на месте.

— Какого брал?

— Не знаю. Нам тогда важно было, вернул ли.

— Давай узнаем.

Иван собрался идти с нами, но Бельский его отговорил. После саней царевич и так успел нарушить половину данных ему предписаний. Поворчал, потребовал рассказать, что узнаем, и остался в комнате.

Мы пошли во внешний конский двор. Снег под сапогами уже утоптали, возле сараев конюхи развесили факелы и заканчивали вечернюю работу. Ларион выслушал Бельского, потом позвал двоих, которые дежурили в нужный день.

Слугу оба помнили. С конем вышло сложнее: за две с лишним недели здесь выводили и приводили столько лошадей, что поди разбери, какую он брал.

— Гнедого вроде, — сказал один.

— Серого, из приезжих, — возразил второй.

— Да серого потом другой человек выводил.

Через минуту они уже выясняли, в какой день это было, потом заспорили о стойлах. Бельский терпеливо слушал.

— А хлопот после него с конем не было? — спросил я. — Подкову, может, меняли? Или укусил кого-нибудь, ясли погрыз?

Ларион фыркнул.

— Если ясли погрыз, тогда серый.

— Точно он, — подхватил молодой конюх. — Весь край размочалил. Мы его потом к стене переставляли.

Этого мерина я тоже помнил. Несколько дней спустя мне показывали его из-за прикуски: приезжий серый цеплялся резцами за дерево. Значит, во время ночной ловушки он уже стоял здесь.

— Которого мне потом показывали?

— Его самого, — подтвердил Ларион. — Он тогда у нас третий день стоял. Хозяин с людьми приехал, мерина на время оставил.

Теперь и конюх вспомнил.