На плечах и спине выжжены длинные раскалённые полосы, которые не дают найти ни одного положения, где было бы легче. Когда я пытаюсь глубже вдохнуть, боль в рёбрах вспыхивает так резко, что из груди вырывается сдавленный стон.
Ткань одежды прилипает к коже, и от этого становится ещё хуже. Я чувствую, как где-то проступает кровь, как она медленно стекает по боку, и от этого жжение усиливается. Плечи начинают дрожать, сначала едва заметно, потом всё сильнее. Это уже не попытка сдержаться — это тело, которое не справляется.
Слёзы катятся сами. Я не хочу плакать, ненавижу, что позволяю себе эту слабость, но удержать их невозможно. Они текут по щекам, падают на холодный пол, а вместе с ними выходит и то напряжение, которое я сжимала внутри во время ударов. Боль не отпускает ни на секунду. Она накатывает волнами — сначала острая, потом тянущая, потом снова острая, и от каждой такой волны меня буквально сгибает.
Прижимаюсь щекой к холодному камню, надеясь, что холод хоть немного притупит жжение. Дыхание рвётся, становится прерывистым. Временами мне кажется, что я не выдержу даже следующего вдоха, потому что грудь слишком болит.
Самое страшное — мысль, что это только начало. Что завтра она вернётся. Что её слова о «хуже» — не пустая угроза.
От этой мысли внутри поднимается паника, и на секунду мне хочется просто закричать, разбить эту тишину, но сил на крик нет. Есть только хриплый выдох и дрожь, которая проходит по всему телу.
Постепенно слёзы заканчиваются, остаётся только усталость. Тяжёлая, вязкая. Голова начинает кружиться, мысли путаются. Боль не исчезает, но становится глухой, размытой, как если бы я смотрела на неё через мутную воду.
Я ещё какое-то время держусь, пытаюсь не закрывать глаза, но веки становятся тяжёлыми. Тело решает за меня.
Темнота подкрадывается медленно.
И я проваливаюсь в неё, не в силах больше чувствовать.
Глава 7
Глава 7
Тишина сна обрывается резко — я слышу, как скрипит дверь.
Сознание возвращается мгновенно, без постепенности. Я резко распахиваю глаза, и сердце ударяет в грудь так сильно, что на секунду мне кажется, сейчас разорвёт рёбра. Тело напрягается, мышцы готовы к боли, к новому удару, к очередной волне издевательства.
Я резко втягиваю воздух.
И только через несколько секунд понимаю, что боль… другая.
Она есть, но не та, что была вчера. Нет жгучих разрезающих полос, нет ощущения, что кожа содрана. Я осторожно приподнимаюсь, опираясь на локоть, и замечаю, что через маленькое окошко льётся яркий дневной свет. Не утренний — уже высокий, плотный. Значит, я проспала не несколько часов. Я проспала весь остаток дня и ночь.
Медленно опускаю взгляд на своё тело.
Одежда разорвана, на ткани засохшая кровь, тёмные пятна. Я осторожно провожу пальцами по плечу — кожа гладкая. Нет открытых ран.






