Эрик был очень симпатичным парнем: высокий, зеленоглазый, атлетичный. Наш соцработник частенько говорила: «увидишь спортивного мускулистого парня с татуировками – большая вероятность – наркоман». Я не стала бы всех татуированных атлетов причислять к наркоманам, но правда была в ее словах. В реабилитации пациенты зачастую снимали тягу к веществам спортом. Эрик был такой же, только тату у него не было…
Намечался конкурс талантов для пациентов: каждый должен был проявить себя в каком-нибудь творчестве. Мне тоже было интересно, и я пожелала участвовать.
На листе ватмана я нарисовала сказочный заколдованный городок, где жили дикие звери: необузданные и неукротимые. Буйный нрав каждого зверя олицетворял неистовость зависимости. Всех пациентов я и изобразила зверями, лишившимися человеческого облика. Удивительно, почти каждый из реабилитантов узнали в рисунках себя. Правда был и лишний зверёк в сказочном городке, вернее, существо. Их было две: Голодная Сия и Ненасытная Мия – две сестры, от которых я сходила с ума – мои ожившие демоны еды и голода. Их никто не заметил, кроме Эрика. Так и началось наше общение. Я познакомила его со своими чертихами, он рассказал о своих.
Эрик, как и я, родился с золотой ложкой во рту, и его родители считали это достаточным, чтоб воспитать сына.
«Я не успевал что-то попросить, и мне тут же пихали деньги в лицо!» – рассказывал он.
Любой бедный ребёнок не отказался бы!
Мать Эрика была очень эксцентричной и чудаковатой женщиной: она наградила сына именем персонажа главного героя в фильме «Блейд». Именно «Эриком» звала персонажа Уэсли Снайпса его обращённая в вампира биологическая мать.
Эрик, тот что реабилитант, на мать не сердился за такой смелый поступок, но, как признавался, устал всем подряд объяснять загадку происхождения своего имени.
Родители Эрика страстно любили друг друга и проявляли чувства на глазах у маленького сынишки. Они носились по огромному дому: мать полуголая, в одних капроновых колготках и бюстгальтере истошно орала, а отец, почти в чем мать родила (на нем были лишь трусы) бежал за ней с кожаным ремнем.
Маленький Эрик, ещё детсадовец, прятался от них, где придется, пока родители устраивали странные брачные игры. Вскоре отец набрасывался на мать. Эрик зажимал уши, садился на корточки и, замерев и закрыв глаза, просил ангелочков спасти маму. Он шептал молитвы, сидя в луже собственной мочи…
Наверное, ангелочки внимали малыша, потому что драка завершалась. Наступало странное мельтешение, мама уже не кричала, а как-то странно и пугающе вздыхала и охала. Тогда Эрик решил проверить, что же происходит и встал, чтоб посмотреть.
Родители как-то странно двигались на полу и пыхтели. Папа лежал на маме, а мамины ноги задрались вверх и странно подергивались.






