Эрику казалось, что в родителей кто-то вселялся, они на время сходили с ума и безобразничали.
Даже в таком юном возрасте, Эрик, наблюдая за ними, чувствовал стыд. Его лицо становилось красным и очень горячим. Он опускал глаза, ощущая вину: наверное, он плохо молился ангелочкам, и бесы успевали вселиться в маму и папу, и поэтому они на время становились осатаневшими.
Таких превращений, когда Эрик тоже оказывался невольным участником родительского распутства, было много.
У мамы и папы были свои игры, у Эрика – свои. Каждый раз он надеялся, что если будет усерднее молиться ангелочкам, родители не будут пыхтеть и волочиться по полу, как огромные страшные дождевые черви. Но каждый раз ангелочки плохо слышали Эрика: черти порабощали родителей.
Несколько раз Эрика даже рвало, пока взрослые игрались рядом с ним. Мама говорила: «сыночек, закрой глаза», но это не помогало…
Я понимала Эрика и его детский эгоцентрический комплекс бога: я тоже считала себя настоящей волшебницей, которой под силу заколдовать ракушки, а, положив их под подушку на ночь, утром проснуться русалочкой.
Когда Эрик повзрослел он, конечно, понял, что родители просто занимались сексом, не стесняясь сына, даже привлекая его в блуд, и расколдовать это было не по силам маленькому мальчику, иначе противоречило бы самому родительскому замыслу.
Эрик вырос, а вот ноги матери в черных колготках навсегда остались в памяти. Когда он вспоминал о них, чувствовал возбуждение вместе со стыдом и виной. Больше всего его терзал стыд за свою реакцию – его возбуждали ноги матери!
«Как какой-то шлюхи!» – признавался он.
С ногами матери была отдельная глава в его жизни: их он в детстве видел гораздо чаще, чем руки! Я понимала его, вспоминая свою родительницу.
Его мать не отличалась скромностью и моральными качествами: она не стесняясь ходила перед сыном голой, когда тот был взрослым настолько, чтоб понимать, как это странно и стыдно. Она демонстрировала показ платьев, часто спрашивая у сына совета, как у взрослого, какое надеть?
Отец все видел, не поощрял жену, но и не ругал особо, а маленький Эрик даже радовался, что мама любила его больше, чем папу, раз доверяла выбор нарядов.
За пределами дома родители Эрика были деловыми, серьезными и ответственными людьми, занимающимися бизнесом. С ними что-то происходило в доме – наверное, нужно было пригласить священника, раз ангелочки не помогали…
Священник не пришел в их дом. Эрик вырос, так и не получил образование, хотя родители «пихали» его в три вуза по очереди, но нигде он «не прижился». Даже в военном училище успел побывать!
«Хотели, чтоб оно меня перевоспитало, раз они не смогли!» – вспоминал он.






