– Уорен был непоколебим.
Судья обернулся, изучая выражения лица Уорена. Последний смотрел прямо перед собой, скрестив руки за спиной. На редкость он был абсолютно спокоен.
– Расскажите мне, при каких обстоятельствах Вы их видели вместе в тот вечер.
Судья снова отвернулся в окно, как будто собеседник сам по себе не представлял для него ни малейшего интереса.
– Они танцевали, – Уорен сказал это нехотя и тут же попал под пристальный взгляд Судьи. – Больше я их не видел.
– У нее мог возникнуть мотив, если он применил силу… Плюс есть доступ к складу медикаментов… – начал размышлять вслух Судья, подначивая Уорена выйти из состояния равновесия.
– Это исключено, я уверен, – резко оборвал его Уорен.
– С чего такая уверенность? – сразу же накинулся на него Судья. – Возможно, она Вам не безразлична? – спросил он более мягко.
Уорен метнул удивленный взгляд на Судью.
– Простите, сэр?
– Просто ответьте на вопрос. – Он увидел замешательство на лице Уорена. – Должно быть, она красива?
– Вы только что смотрели прямо на нее, сэр. Это она стоит во дворе.
Судья снова повернулся к окну и посмотрел на девушку, обратившую руки и лицо в сторону солнца. Глаза ее были закрыты, и она улыбалась. Было похоже, что она безмятежно принимает солнечные ванны. Он о чем-то задумался.
– Приведите ее ко мне на допрос завтра утром. А пока отчитайтесь о предпринятых мерах по усилению режима.
Получив возможность действовать, Уорен сразу же направился к нам. Он подошел к дому как раз в тот миг, когда смолк последний звук горна, возвещавшего отбой.
– Кэти! Кэтрин! Где ты, черт возьми? – прошептал он, пытаясь найти в темноте мою комнату.
– Мистер Миллер! Что Вы здесь делаете?! Вам нельзя сюда! – шикнула Марта и преградила ему путь.
– Марта, извини, но, если ты дорожишь Кэтрин, ты обязана меня впустить.
– Что Вы такое говорите? Именно потому, что я дорожу моей девочкой, я Вас к ней и не подпускаю!
– Уорен?! – Я вышла на шум и остолбенела.
– Еще секунда – и Марта вцепилась бы мне в горло, – пробормотал он, но в его голосе звучало скорее одобрение, чем досада.
– Кэти, солнышко, я… – залепетала Марта, бросая на него испуганный взгляд, – я могу позвать на помощь!
– Не нужно, Марта. Мне ничего не угрожает. – Я перевела взгляд на Уорена, требуя подтверждения. – Верно?
Он коротко кивнул.
– Прикрой нас. И никому ни слова.
Молчаливым жестом я пригласила Уорена в свою комнату. Мы остались один на один в крохотном пространстве, где единственным местом была моя узкая кровать. Вспыхнувшее пламя свечи выхватило из мрака его напряженное лицо. Теплый свет заколебался, и маленькая комната медленно наполнилась густым, сладковатым запахом плавящегося воска – запахом тайны, доверия и чего-то безвозвратно меняющегося.
– Как в старые, добрые времена, – печально сказал Уорен.






