ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Главная тема повести «Сердцебиение» — современный политический террор: автор пытается заглянуть в душу будущего убийцы. Сердцебиение Кэндзи Маруяма, Борис Акунин Главная тема повести «Сердцебиение» — современный политический террор: автор пытается заглянуть в душу будущего убийцы. Небо как-то внезапно нахмурилось, и городок, еще несколько мгновений назад... Небо как-то внезапно нахмурилось, и городок, еще несколько мгновений назад охваченный жарким дыханием уходящего лета, разом потускнел. Люди на привокзальной площади не успели и опомниться, как хлынул проливной дождь. Поползли вверх боковые стекла выстроившихся у стоянки такси, бросились к зданию вокзала те, кто ждал поезда, прочая публика устремилась ко входу в крытые торговые ряды. Небольшая сутолока и неразбериха — и нарушенное ненадолго спокойствие восстановилось. Все уже привыкли к этим неожиданным ливням, и сейчас ни один человек даже не остановился, чтобы взглянуть на потемневшее небо. Крупные капли с силой колотили по асфальту мостовой, по разноцветным крышам, смывая измучившие город пыль и зной. Дождь лил уже совсем не по-летнему — ровно, монотонно, без порывов ветра и раскатов грома. Я выключил кондиционер, заглушил мотор и слегка подкрутил боковое стекло, чтобы дождь не заливал сиденье. В воздухе запахло сентябрем. Пожухлая от солнца листва городских деревьев словно вздохнула с облегчением, а тяжело дышавший на соседнем сиденье пес спрятал свой длинный язык. — Ну, подождем еще немного, — сказал я ему. Этот лохмат

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

, наверное, тоже так считает. Может, парень купается? Как мало времени осталось у него делать все, что ему хочется! Завтра его ждет взлет к ослепительному сиянию, а сразу за тем скорее всего арест. Или неудача и смерть?

После захода солнца я должен буду отвезти парня в соседнюю префектуру. По всей вероятности, там он встретится с С. Наверное, тот расскажет мне обо всем и попросит о помощи. Может быть, даже пригрозит. Что мне ответить ему? Сказать, что я готов на это и без его просьб и угроз?

Я полон воодушевления, меня не испугает никакой, пусть самый безрассудный, приказ. Волнует меня другое — что будет после того, как завтра я отвезу парня в город? Больше всего я боюсь, что мне велят немедленно исчезнуть и даже не позволят увидеть, как все это будет.

Я пошел на кухню чего-нибудь пожевать. Доставал из холодильника все подряд и ел прямо руками. Может быть, мне тоже недолго осталось питаться всякими разносолами. Сваренный утром рис с кэрри уже остыл. Им я накормлю парня. И жратву для собаки тоже надо приготовить. Я зажег плиту.

Может, выйти им навстречу? Вдруг с парнем что-нибудь случилось? Если у него солнечный удар, я мир переверну, но к вечеру поставлю парня на ноги. А если он, испугавшись последствий своего деяния, бежит сломя голову прочь от виллы, я догоню его и притащу назад, как бы он ни брыкался. Другого такого шанса в моей жизни уже не будет.

Бросившись к машине, я на полной скорости понесся по набережной. Я почти не смотрел по сторонам и чуть не сбил встречного мотоциклиста. Нет, все-таки задел заднее колесо, и тот грохнулся на мостовую. Вскочив на ноги, он первым делом поднял мотоцикл, а уж потом снял шлем и осмотрел себя — все ли цело. Убедившись, что травм нет, юнец кинул на меня злобный взгляд. Но я рявкнул на него с перекошенным от ярости лицом: «Куда прешь, паскуда!» Откуда и слова-то такие взялись? Паренек весь сжался от моего бешеного рыка, ни слова не говоря, вскочил на свой драндулет и умчался. Если бы их была целая банда, я вел бы себя точно так же.

Я взглянул в зеркало. Ну и рожа — никогда еще таким себя не видел.

Парень наворачивал сделанные мной колобки из риса, заедая их холодной вареной рыбой. Пес тоже чавкал у себя на террасе. Я налил парню чаю, потом отнес собаке воды.

Нашел я их возле кемпинга, они катались на лодке. Когда я замахал парню, высунувшись из машины, он стал быстро грести к берегу. Пес никак не хотел вылезать из лодки — видно, полюбил кататься.

— Что-нибудь случилось? — спросил парень, посмотрев мне в глаза.

— Нет-нет, ничего, — ответил я. — А что?

— У вас такой сердитый вид.

— Неужели?

— Да. — Парень посмотрел на автомобиль. — И машина вон помята.

— Ерунда, зацепился немножко. — На бампере действительно была небольшая вмятина, но фара и «мигалка» не разбились. — Я вовсе не сердит.