ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Хватит, Стас! — Что, хватит, Алёнушка? ... — Хватит, это значит, что я подаю на развод! — Никаких разводов. У меня выборы на носу! Хуже измен мужа могут быть только измены нелюбимого мужа, который считает, что имеет надо мной власть. Но его власть быстро кончается там, где начинается власть другого человека. Боевой генерал, мужчина, который когда-то в юности причинил мне боль, предал, поверив наговорам. Теперь он вернулся и намерен вернуть и меня. — Я помогу тебе с разводом, Алёна, но ты же понимаешь, что я потребую взамен?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В общем, встретились два одиночества.

Я служил, она воспитывала дочь. Кто же знал, что и Дашка так безвременно уйдет?

Надеюсь, они со Славкой вместе счастливы, смотрят на меня непутевого и просят: “Не подведи”.

О том, забирать Вику к себе или нет после гибели матери, и речи не было. Забрал, забочусь.

И не могу теперь ее травмировать новостью, что я ей неродной…

Как я это скажу? Она же сирота совсем, одна в этом мире.

А если не простит? Если я ей жизнь сломаю?

Я за нее ответственность несу, она мне как родная, самая родная.

А с другой стороны – родной по крови сын и женщина, которую люблю, и оба страдают по моей вине.

Что ж я за косячный такой мужик, а?

Иду в ее комнату, ноги тяжелые, как будто тащу за собой пудовые гири, но понимаю, что поговорить с Викой надо.

Отворяю дверь, слышу глухие всхлипы, силуэт дочки, лежащей на кровати ничком, разрывает сердце на части.

Она плачет, и в этом виноват я.

– Вика…

– Уйди… – тихо, со злостью и надрывом.

– Давай поговорим…

– Я не хочу, не хочу! Уйди, папа!

Папа.

Да, я ее папа, она в это верит, а значит, она пока сестра Герману и не может быть его девушкой. Пока так.

Я должен решить вопрос, и никакие разговоры тут не помогут.

Надо действовать иначе, но как?

Глава 17

Глава 17

Дом встречает тишиной. Она мне и нужна сейчас. Надо побыть одной. Всё обдумать.

Я не могу скрывать от сына правду. Не должна.

У него появятся вопросы, если я скажу, что он не должен видеть Вику.

Герман далеко не дурак, он сразу сложит два плюс два.

Да и Фролов теперь не отстанет.

Господи… Зачем он вернулся?

Столько лет я сознательно вымарывала его из своей жизни! Вычеркивала! Старалась не думать, не знать!

И вот прилетел бумеранг.

Только… за что мне?

Что я такого сделала?

Скрыла от него, что беременна? Ребенка скрыла?

Так я имела полное право! После…

После той ночи, когда этот ребенок был зачат.

Что теперь будет?

Жизнь перевернулась полностью. Абсолютно.

Теперь измены мужа и развод кажутся такой мелочью! Есть вещи и пострашнее.

Звук открывающейся двери и тяжелые шаги заставляют вздрогнуть.

– Уже вернулась, Алёнушка? И как? Как Фролов? Такой же горячий, как и раньше?

– Господи, Стас, только не начинай.

– Не начинать что? Ты совсем рамсы попутала, сучка? Добилась того, чтобы весь город знал, как ты с генералом по полу катаешься, дрянь?

Смотрю на мужа, который аж слюной давится от злости. Вижу, что кулаки сжимает. Бить собрался? Ну, пусть попробует.

– Доложили уже? Неужели? Что, Лариска сама, небось, прилетела? Хоть порадовала тебя чем? На коленки встала в кабинете? Не всё же ей генералов обслуживать, можно и до мэра опуститься…

– Ты… да ты…

– Только подойди, Савельев! Я тебя так разукрашу, мало не покажется.