Рука у меня тяжелая, сам знаешь!
– Я просил тебя… просил хоть чуть-чуть подождать!
– А что ждать, Стас? Выборов? Так люди-то не слепые! О твоих “гульках” весь город знает! Думаешь, кого-то удивит наш развод? Ты бы не об этом думал-то, пока у тебя еще есть время, а о другом!
– О чем мне думать – я сам знаю!
– Что ты знаешь? Что? Половина города как помойка! Парк единственный приличный был – так ты его под стройку отдал. Детские сады без ремонта, а ты обещал, когда люди за тебя голосовали! Поликлиника такая, что туда зайти страшно! Зато все твои замы дачки построили! И квартирки хапнули. И любовницы тоже. Думаешь, люди слепые?
– Ой, ладно, ты еще меня будешь учить руководить, Алёна!
– Буду! Ты скажешь, что все воруют? Да! Воруют все, но кто-то ворует, и еще что-то делает при этом, понимаешь? А вы просто хапаете, не нажретесь никак!
– Что-то тебя это не волновало, когда я под твои магазины здания отжимал? Или аренду занижал донельзя? И когда в квартиру эту ты переехала – не жаловалась.
– Что? Ты… – Я в шоке, потому что про здания и аренду я впервые слышу, а насчет квартиры…
– Так что не тебе меня воспитывать, Алёнушка. Себя воспитывай! Смотри, узнает твой сынок, что папашка вернулся, и мало того, что к тебе клинья подбивает, так еще и дочурку свою подослал. А это же нехорошо, да? Твой Герман и его девчонка? Они же брат и сестра, да?
– Что?
Мне казалось, я на сегодня исчерпала лимит неожиданностей, но, увы, нет.
Мой сын застыл в дверях и смотрит исподлобья.
– О, нарисовался, не сотрешь! Что! У мамки своей спроси, что! Поздравляю, ты у нас теперь генеральский сынок!
– Закрой рот, Стас!
– Только вот с дочкой генерала не вышло… Да?
– Я сказала, рот закрой!
Делаю шаг и награждаю мужа хорошей затрещиной.
– Ты…
– Иди ты, Савельев, знаешь куда…
– Дура ты, Алёна, дура! У твоего Фролова таких, как ты, в каждом гарнизоне. И детей наверняка семеро по лавкам, ты ему не нужна! Разведешься со мной, что дальше, а? Если раньше ты была бы бывшая жена мэра, то теперь ты будешь подстилка генеральская, еще и шалава!
Едва сдерживаюсь, чтобы не броситься на мужа, как я столько лет прожила с этим дерьмом?
– Слушай… А я тут подумал, может, сейчас мне развод выгоднее? Вызову праведный гнев у народа. Кто будет жалеть жену с подмоченной репутацией? Они тебя закопают, а я выплыву, а?
– Господи, Савельев, ну что ты за урод, а? Отвяжись ты от меня! Разводись! Мне плевать!
– Разведусь. Так что собирайте манатки, чтобы вас тут не было! И на бизнес не рассчитывай особо, Алёнушка. Там столько нарушений, что тебе проще от него отказаться, если не хочешь сесть, поняла?
Заканчивает и выходит. А Герман так и стоит в дверях, от отчима отшатывается, как от прокаженного. Смотрит на меня.
– Мам, это правда?
– Да.
– Фролов – мой отец?
– Да, сынок.
– Значит, Вика…
Мне нечего ему сказать.






