ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Хватит, Стас! — Что, хватит, Алёнушка? ... — Хватит, это значит, что я подаю на развод! — Никаких разводов. У меня выборы на носу! Хуже измен мужа могут быть только измены нелюбимого мужа, который считает, что имеет надо мной власть. Но его власть быстро кончается там, где начинается власть другого человека. Боевой генерал, мужчина, который когда-то в юности причинил мне боль, предал, поверив наговорам. Теперь он вернулся и намерен вернуть и меня. — Я помогу тебе с разводом, Алёна, но ты же понимаешь, что я потребую взамен?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Или думаешь, у меня не хватит влияния разобраться?

– Что?.. Нет… Ну, просто же надо все ресурсы использовать, – кидаюсь в объяснения, хотя понимаю, что могла бы позвонить тайком, отойти в туалет, сделать звонок молча или СМС написать, но я решила ничего не скрывать.

Да и потом, Гор бы узнал потом, если б я Стасу втайне от него позвонила.

Ему бы это не понравилось, как и не нравится сейчас даже предложение ему позвонить.

– Я сам ресурс, больше ничего не надо. Не надо его вмешивать. Я против.

– Против, – вздыхаю, всматриваясь в его суровое лицо, признавая, что, по сути, он прав: я должна ему верить, и Стаса впутывать не надо.

Порыв ему позвонить кажется даже глупостью, слабостью.

Хороша бы я была, позвони мужу, который разве что в грязь не втоптал.

Прося за неродного сына, которого он по факту не любит.

Стас бы только посмеялся, сказал бы что-то гадкое, обидное.

Дурацкая была затея.

– Ладно, я просто перенервничала. Ты же не думаешь, что я правда хочу его видеть или ищу поводы для встреч? – говорю и ищу ответ в глазах Гора, надеясь, что его мысли не пойдут по этой дорожке.

А то мало ли…

Но он ухмыляется. Оглядывает меня взглядом собственника.

– Ничего такого я про тебя не думаю. Ты, кстати, считаешь, что Савельев не в курсе?

Он задает вопрос и ведет меня властно из аэропорта на выход, где нас уже ждет его служебная машина.

Сразу едем в военную комендатуру. Не откладывая.

По дороге я молчу, стараясь привести свои мысли в порядок, упорядочить их, но на подходе к комендатуре, где сейчас находится мой сын, снова накрывает паника, руки начинают мелко трястись.

Гор как чувствует, руку сжимает властно, она у него горячая, а у меня ледяная, и ярость внутри такая же.

Сколько можно позволять беззаконие?

Что бы эти лоботрясы ни сотворили, всё им с рук сходит. Царьки местные! То есть это их отцы – царьки, а они – местные принцы, которые считают, что весь мир в их распоряжении. И Стас такой же!

Это еще чудо, что на моем Германе больше гены родного отца сработали, чем воспитание Стаса отразилось. Мой мальчик честный, благородный, он девушку защитил, а они…

Накрутив сама себя, готова ворваться в здание в поисках того, на ком бы ярость выместить. Но Фролов держится рядом и держит меня.

Растерянный офицер, увидев появившегося рядом со мной генерала, встает навытяжку.

– Зд… здравствуйте…

– Комендант у себя? Доложите, что прибыл генерал Фролов. Я к нему, да, и отправьте в кабинет тех, кто осуществлял задержание Германа Савельева.

– Е-есть, тов-варищ генерал, – заикается сотрудник и торопливо набирает номер внутреннего телефона, на Фролова смотрит с опаской, и это понятно, он внушает уважение и благоговейный страх.

А мой генерал поднимается по лестнице к кабинету начальства.