Куда же делся Алекс? Прошёл вперёд и вступил в бой? Или разведал путь и вернулся к нашим, разминувшись со мной по дороге? Если пойду вперёд, то окажусь под огнём своих же.
Совсем рядом взрываются два снаряда.
– Парни, врачи есть здесь? Человека контузило!
– Нет никого… Тащи его сюда. Или там оставь, пусть лежит. Отлежится, и ему полегчает.
Нахожу рукой аптечку; она на месте, но лекарства от контузии в ней нет… Нелепая ситуация, когда не знаешь, что делать. Командира нет, связи нет, группа разбежалась. Где наша позиция – неизвестно. Вражеский танк стреляет, но подбить его – нечем; зря я трубу ПТУРа не подобрал при высадке! И оказать первую помощь контуженному я не могу, потому что не умею…
Нужно искать своих. Два десятка ахматовцев не могли исчезнуть без следа! Вернусь назад, спрошу, вдруг Алекс в обратную сторону побежал. В траншее, забитой солдатами, и без меня слишком тесно.
Отползаю на пару десятков метров назад – и вижу, как по тропинке вдоль поля несут на носилках раненого в ахматовской куртке.
– Мужики, вам помочь?
Подхватываю ручку носилок. Один из бойцов, с рацией, – видимо, командир, – вызывает санитарную машину на «ноль». В то же место, где нас высадили утром. Если по прямой, то полчаса хода.
Тяжелораненый парень, красивый, кудрявый, лежит в полубреду, обколотый промедолом. Обе ноги и рука перетянуты жгутами, штанины и рукав красные от крови.
– Пулемётом срезало. Высунулся вперёд – и вот.
– Брат, как тебя зовут?
– Метла, – хрипит он.
Я уже слышал этот позывной. Метла был командиром отделения соседнего взвода. Солдаты часто ворчат на командиров, что те, дескать, отсиживаются с рациями по подвалам. И такое бывает. Но когда командир храбро рвётся в бой и первым падает под пулями – это тоже ни к чему.
– Держись, Метла! Всё хорошо будет!
Мы почти бежим по тропинке. От врага нас отделяет лесопосадка, но снаряды и мины пролетают её насквозь и ложатся на поле, изрытое ямами от прилётов. Здесь нам не укрыться от осколков. Слыша близкий звук летящего снаряда, мы синхронно падаем на землю вместе с носилками, стараясь не ушибить Метлу слишком сильно. Потом встаём и продолжаем бег. Если устаём, то меняемся местами, чтобы заменить правую руку на левую.
Под ноги попадается совершенно новый магазин увеличенной ёмкости для АК. На 60 патронов. Ценная вещь! Даже с патронами внутри. Кто-то обронил. Но подобрать его я не могу, так как держу носилки. Здешние окрестности – оружейный Клондайк! ПТУРы, магазины… Может, и каску себе найду?
Часть пути нужно пробежать по открытому пространству. Это очень страшно. Даже небольшой ряд деревьев кажется слабой, но защитой. А здесь ты – готовая мишень. На четверых бойцов и одного раненого враг не пожалеет снаряд. Выдыхаю и бегу, думая об одном: если убьют сейчас, мне не стыдно.






