Тот щедро разрешает соседям позвонить, если просят, а в остальное время звонит домой сам по видеосвязи. У него – большая семья, много родственников и маленьких детей, со всеми нужно пообщаться. Наше утро всегда начинается с того, что казах набирает домашний номер:
– Желданчик! Желданчик! Посмотри на папку. У-у-у, ты уже встал. Как хорошо стоишь! Ну-ка, не падай. Ну-у… А где мамка? Где мамка? Ищи мамку…
Эти разговоры длятся долго. Он обсуждает с женой, что та готовит на завтрак, обсуждает с родственниками что-то про землю и лошадей… Я, независимо от своего желания, начинаю лучше разбираться в казахской кухне, особенностях содержания лошадей и в ценах на аренду пастбищ в Омской области.
Когда жена и родственники устают от часовых видеоразговоров, казах принимается листать ленту с короткими роликами – и палату оглашают звуки восточной музыки, советы по ремонту автомобиля, купленного за 100 тысяч рублей, звонкие шлепки лучших нокаутов по версии UFC, советы, как правильно войти в камеру к уголовникам, грохот самых эффектных автоаварий месяца, советы, как ответить стерве, и прочие полезные и поучительные вещи. Так к моим новым знаниям о лошадях прибавляются широкие знания о жизни в целом.
Несколько раз в день мне колют антибиотики и обезболивающие, дают таблетки.
Еду приносят не санитарки, а волонтёрки из благотворительных организаций. Кажется, в госпитале вообще нет кухни, и приготовление пищи полностью отдали волонтёрам. Добросердечные женщины, готовые накормить раненых, меняются посменно, у каждой бригады – своя униформа. У одной из групп «сестёр милосердия» форма выполнена в дореволюционной стилистике: длинные серые платья, белые передники с нашитыми на них красными крестами, спадающие на спину монашеские платки.
Одна из таких сестричек-монашек – очень красива. Высокая стройная женщина за трид- цать, с огромными грустными глазами и золотой цепочкой на открытой шее. Ухоженная, обеспеченная. Может, у неё муж погиб на фронте, поэтому теперь она посвятила себя заботе о раненых бойцах?
Новые волонтёрки появляются постоянно.
– Вас приветствует группа «Ростовский тыл фронту»! – вбегают в палату несколько женщин с накладными ресницами и инстаграмными губами, но в белых халатах. – Мы вам принесли сувениры и жареную картошку с мясом!
Женщины, водрузив на стоящий в углу столик кастрюлю с картошкой и мясом, раздают всем полиэтиленовые пакеты с сувенирами – и торопятся дальше. В доставшемся мне пакете – несколько открыток и буклетов о деятельности группы «Ростовский тыл», пара новых носков, упаковка печенья, шоколад и мешочек с грецкими орехами.
Мы с соседями озадаченно смотрим на стоящую в углу на столике кастрюлю. В нашей лежачей палате нет никого, кто смог бы дойти до кастрюли самостоятельно.






