ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он очнулся в теле воскресшего пророка. Мир вокруг — жесток и безжалостен. Здесь вера — оружие. Боль — источник силы. Теперь он Глас Йорха — повелитель культа, где страдание считается священным. Ему предстоит разобраться в чужом теле, чужой войне и чужом культе… и сделать их своими. ... Он построит империю на руинах чужой веры. Когда путь к спасению лежит через страдание — кем ты станешь на этом пути? Повелитель Янгель Влад Он очнулся в теле воскресшего пророка. Мир вокруг — жесток и безжалостен. Здесь вера — оружие. Боль — источник силы. Теперь он Глас Йорха — повелитель культа, где страдание считается священным. Ему предстоит разобраться в чужом теле, чужой войне и чужом культе… и сделать их своими. Он построит империю на руинах чужой веры. Когда путь к спасению лежит через страдание — кем ты станешь на этом пути? Глава 1 Глава 1 Тонкие ажурные снежинки, ночное небо, гул ветра. Безмятежность и холод снаружи, боль внутри. Не та боль, что приходит, когда ударяешь мизинец о косяк, а та, что выгрызает изнутри, напоминая, насколько скоротечна жизнь. Я выдыхаю, но выдох не сопровождается облачком пара.Все чувства вытесняет боль. Она наполняет меня до краёв, не давая ни думать, ни двигаться. Горловой речитатив ломает тишину. Ему вторят барабаны. Мрачный, пугающий напев нарастает,вместе с ним усиливается боль. Лучше бы я сдох. Миг – и вместо тьмы я стою в ярко освещённом круге… В моих руках огромный выщербленный меч, увитый колючей проволокой.Напротив меня – здоровенный бугай в жутк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Довольно! Йорх милостив, он дарует милосердие своему оступившемуся жрецу! – Прокричал я, одновременно готовясь перехватить руку жреца. Однако это не потребовалось, Аластир неожиданно застыл, а деревянный кинжал выпал из его руки.

Жрец заплакал, а я стоял, пытаясь понять, что делать дальше. Аластир рыдал так же искренне и истово, как верил в Йорха, в его рыданиях слышались и жалость к себе, и облегчение от того, что его простили.

Честно говоря, мне хотелось к нему присоединиться. Подземный лабиринт, набитый лозой, питающейся болью. Отбитые на голову культисты, почитающие боль и милосердие. Пустая казна, нет запасов еды, критически мало персонала. Коллектив погряз в распрях, у линейного персонала мораль на нуле, куча врагов, и совершенно непонятно что делать.

«Что мне делать?..» – Билась в моей голове истеричная мысль.

– Нести боль, проявлять милосердие… – Одобрительно прошелестел у меня в голове загадочный голос, каждое его слово несло боль, и толику силы. Несмотря на бедственное положение и потрясения последних часов, я физически чувствовал, себя гораздо лучше. Такого со мной никогда не было с момента появления в этом мире, а в мире предыдущем я вообще не помню такой лёгкости.

Так, я и стоял разрываемый болью, ментальным отчаянием от тяжести царящего вокруг мрака. Аластир затих. Жрец свернулся калачиком и что-то тихо напевал, прижавшись лбом к своему шипастому посоху. Этот безумец, как всегда, добровольно причинял себе боль. В этом культе вообще всё вертится вокруг боли и милосердия.

Глядя на жреца, я почувствовал, как где-то на границе сознания забрезжила словно лучик света идея. Ухватив её за шиворот, я принялся изучать её со всех сторон. И чем больше я её изучал, тем больше она мне нравилась. Наконец, покатав её в голове и так и эдак, я подошёл к Аластиру.

– Вставай жрец, нам нужно подготовиться к встрече с последователями культа!

Глава 5

Глава 5

Путь к залам последователей занял добрых пятнадцать минут быстрым шагом. Пока сюрреалистичные коридоры храма Йорха проносились мимо моих глаз, голова моя пухла от попыток приземлить посетившую меня идею. Мерный стук посоха Аластира неожиданно благотворно сказался на моей мыслительной деятельности. К тому моменту, как мы подошли к месту размещения последователей и неофитов, у меня в голове уже окончательно созрел план.

– Повелитель, мы пришли, – тихий голос Аластира прервал цепочку размышлений. Еще раз кратко изложив ему свое решение и убедившись, что жрец меня понял, я двинулся дальше. Толкнув разбитые в дрязг створки дверей, мы очутились в очередном просторном помещении, точнее в пещере. Насколько хватало глаз, стены носили на себе следы лишь минимальной обработки.