– Не слишком ли иронично, – произнес он, – использовать символ Христовых страданий для убийства невиновного? Разве не грех это?
Лицо отца Кирилла исказилось гневом:
– Не смей сравнивать себя с Господом нашим! Он был безгрешен и умер за наши грехи! Ты же – грешник, общавшийся с демонами! Твоя смерть послужит предупреждением для других, кто может соблазниться ложными обещаниями падших ангелов!
Он сделал паузу, затем добавил спокойнее:
– Но у тебя есть шанс облегчить свою участь. Полное признание. Чистосердечное раскаяние. Выдача всех, кто уже контактировал с демонами. Тогда, возможно, твоя смерть будет быстрее и милосерднее.
Роман понял, что это его последний шанс выиграть время.
– Я… я хочу исповедаться, – сказал он, опустив голову. – Хочу рассказать все. Но только вам лично, отец Кирилл. И я хочу, чтобы мое признание было записано – как свидетельство для будущих поколений.
Глаза священника сверкнули триумфом:
– Наконец-то! Благодать коснулась твоего сердца! – Он повернулся к охраннику: – Принеси бумагу, чернила и свечи. Мы запишем исповедь этого грешника как доказательство козней дьявольских и победы истинной веры!
Когда охранник ушел, отец Кирилл наклонился ближе:
– Мудрое решение, сын мой. Правда не облегчит твоей земной участи – слишком велик твой грех. Но душа твоя получит шанс на спасение.
Роман кивнул, изображая смирение. Внутренне он лихорадочно просчитывал варианты. Если удастся затянуть «исповедь» до ночи, возможно, появится шанс на побег. Или хотя бы возможность увидеть, где хранится компас-детектор.
Весь вечер он «исповедовался» – подробно, с деталями, перемежая правду откровенной ложью, растягивая рассказ, включая ненужные подробности. Отец Кирилл слушал с жадным вниманием, иногда прерывая вопросами, но в основном позволяя Роману говорить.
Охранники несколько раз менялись, и Роман заметил, что среди них был тот самый молодой охранник. Он стоял в стороне, его лицо было бледным, а в глазах читалось явное неодобрение происходящего.
К полуночи отец Кирилл, несмотря на свой религиозный пыл, начал проявлять признаки усталости. Он несколько раз зевнул, тряхнул головой, пытаясь сохранить концентрацию.
– Достаточно на сегодня, – наконец сказал он, поднимаясь. – Мы продолжим утром, перед церемонией очищения.
Роман внутренне похолодел – его план выиграть время провалился. Утром его ждал крест.
Отец Кирилл собрал записи и направился к двери, но вдруг остановился и обернулся:
– Чуть не забыл показать тебе. – Он достал из складок рясы компас-детектор, который теперь висел у него на шее на грубом кожаном ремешке. – Я изучаю этот демонический артефакт. Пытаюсь понять его работу, чтобы лучше защищаться от козней врага.
Устройство тускло светилось, его пульсация стала слабее, чем раньше.






