Утреннее солнце, едва показавшееся над горизонтом, осветило небольшой поселок, состоящий из десятка деревянных домов и нескольких хозяйственных построек. Всё выглядело аккуратным, ухоженным – эти люди умели работать и поддерживать порядок, несмотря на свой религиозный фанатизм.
Процессия двинулась по единственной улице поселка. Впереди шел отец Кирилл с большим деревянным крестом в руках. За ним вели Романа, держа за веревку, привязанную к шее. Далее следовали прихожане, распевающие заунывные псалмы.
Из домов выходили остальные жители – женщины, старики, даже дети. Все они присоединялись к шествию, и вскоре за Романом двигалось не менее пятидесяти человек.
Он искал глазами Тимофея, но не видел его. «Неужели передумал? Испугался?» – мелькнуло в голове. Но тут же он одернул себя – рано отчаиваться. Возможно, молодой человек готовит отвлекающий маневр, как и обещал.
Процессия повернула к трассе Е105, направляясь к той ужасающей веренице крестов, аллее смерти, которую Роман видел, когда ехал к убежищу.
Они вышли на дорогу, разделенную белыми полосами разметки. Отец Кирилл впереди, за ним Роман, ведомый двумя крепкими охранниками, затем вся процессия. Псалмы становились громче, в них появились нотки экстаза – толпа предвкушала зрелище, которое утвердит их веру и сплоченность.
И тут прогремел взрыв. Где-то в поселке, за их спинами, взлетел столб огня и дыма. Все обернулись, возгласы удивления и страха прокатились по толпе.
– Пожар! – крикнул кто-то. – Амбар горит!
Началась суматоха. Большинство прихожан бросились обратно в поселок – там хранились их запасы, их надежда на выживание зимой.
Отец Кирилл, однако, не сдвинулся с места:
– Стойте! Это уловка демонов! Сначала закончим очищение!
Но его уже мало кто слушал. Даже охранники, держащие Романа, нервно переминались, явно желая присоединиться к тушению пожара.
– Идите, – резко сказал отец Кирилл. – Я сам закончу с еретиком.
Охранники с облегчением передали веревку священнику и побежали вниз по склону, к горящему амбару.
Отец Кирилл дернул веревку, заставляя Романа подойти ближе:
– Это твоих рук дело, – прошипел он. – Каким-то образом ты сговорился с демонами даже из подвала.
Роман молчал, лихорадочно оценивая ситуацию. Рядом с крестами все еще стояли трое мужчин, готовых к распятию. Чуть дальше были еще двое прихожан, не побежавших к пожару. Слишком много для прямого сопротивления, особенно со связанными руками.
– На крест его, – приказал отец Кирилл, толкая Романа к ближайшему распятию.
Двое мужчин схватили Романа за плечи и потащили к кресту, лежащему на земле. Третий взял молоток и гвозди.
«Это конец», – подумал Роман, чувствуя, как его укладывают на грубо отесанные доски, расправляют руки вдоль перекладины.






