– В деревне говорят, что родила она поутру. А ночью их кулачить приходили. Да и Митька пропал. Не до нас ей сейчас.
– Ты только проводи меня.
– Ох, девка, накликала ты беду на себя, теперь расхлёбывай. Молись, чтобы Пелагея тебя простила, молись. Хотя жестокая она, никого не жалеет, с чего ты взяла, что тебя простит? Ты с ее мужем гуляла, да любовь крутила. Как такое забыть? А не простит, беда на всю жизнь останется.
– Я всю ночь молилась, в грехах своих раскаивалась.
Поля проснулась и лежала, разглядывая потолок. Живот болел нестерпимо, ей хотелось в баню, чтобы смыть с себя всю эту прошлую ночь. В горнице уже сидели мать с Аннушкой и ее братья. Но Поля пока никого не хотела видеть. В эти минуты она думала о том, что ей плохо даже не физически, ее душа болела. Она не хотела иметь детей. Ей казалось, что вся ее жизнь идет по кругу. Ни о каких уступках не шло речи. Когда, как и сколько всегда решал муж. Потребительское отношение к ней в этом вопросе ее убивало. Иногда муж совершенно не считался с ее самочувствием и состоянием. При таком раскладе супружеский долг часто превращался в самое обычное насилие. Сколько у нее будет детей? Поля снова заплакала и отвернулась к стене. Боль резанула через все тело. «Может, что-то не так? Я умру? Да, это лучше, чем вся моя жизнь», – размышляла Поля.
В комнатку заглянула Аннушка.
– Поль, ты еще спишь? – прошептала сестра.
– Нет, Аннушка, уже нет.
– Как ты? Такая девочка красивенькая у тебя. Загляденье! А мне как рассказали, что кулачить вас приходили, так я и прибежала с утра, а тут такая новость. Рано ты родила, тебе же месяц ходить еще.
– Да, пустое, не переживай. Родила и родила.
– Как назовешь?
– Дмитрий хотел мальчика. Он сына Алексеем хотел назвать. Так нет его, а имя ребенку все равно нужно. Наверное, назову Елизавета.
– Красивое имя. Поля, а ты к Дмитрию поедешь?
– А что мне остается! После твоей свадьбы и поеду. Дождусь, как тебя выдадут. Нам помочь обещали. Я и ехать, куда не знаю. Он адрес передать должен, в городе уже сам встретит.
– Ты только дождись свадьбы моей. Не хочу без тебя венчаться.
– Ну, полно. Дождусь, я же обещала. Да и что тут осталось! Немного совсем.
– Я вот боюсь, что венчание не состоится.
– Почему?
– Ты слышала, что в Теплом храм полностью разрушили?
– Нет, не слышала. Новая власть все утверждается?
– Да, они проклятые. Им кто-то сказал, что сокровища там несметные хранятся еще с древности. Храм-то старый какой! Тайники все искали.
– Нашли?
– Я не слышала, но точно знаю, что храм весь разрушили и разорили. Молотками иконы разбивали, супостаты! Стены прослушивали: там, где стена откликалась, сразу молотком рубили. Все камни драгоценные вытащили и под конец храм подожгли. Там теперь обугленные остатки стоят.






