ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Машина несётся по мокрому шоссе, и Маргарита цепляется за ремень безопасности, пока незнакомый молодой человек с резкими скулами выруливает в поток, смеясь над возмущёнными сигналами сзади. Он называе... Невеста Волка Зоя Берг Машина несётся по мокрому шоссе, и Маргарита цепляется за ремень безопасности, пока незнакомый молодой человек с резкими скулами выруливает в поток, смеясь над возмущёнными сигналами сзади. Он называет её мамулей, хотя свадьба его отца с ней ещё не состоялась, и сообщает, что она почти труп. За окном мокрый город, час назад она сидела в другом кресле — тоже не могла бежать, тоже молчала, тоже подписывала то, что ей подсунули. Теперь она в машине сына своего жениха, и он вламывается в повороты так, будто у него личные счёты с физикой. Маргарита — учительница литературы, дочь игрока, которая проснулась невестой олигарха. Она привыкла разбирать чужие драмы по актам, а не жить внутри них. Её отец проиграл то, чего не было, и теперь она — товар, которого не выбирают по красоте, а берут по надёжности: у неё нет выхода. Она умеет молчать, умеет считать, умеет держать удар, когда хочется бежать. И ещё она умеет злиться — это её единственное оружие в доме, где всё под контролем, даже деревья растут по разрешению. Владислав Волков даёт ей ключи от дома, фонда, решений — и ждёт, что она ошибётся, чтобы узнать, на чьей она стороне. Антон даёт ей дерзость, тепло, почти человеческое отношение — и ждёт кода от сейфа, чтобы вырвать у отца то, что тот не даёт. Маргарита

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Или стакан молока с печеньем?».

Встаю. Натягиваю шорты и футболку. Спускаюсь вниз. Иду на кухню.

«Тебе правда хочется чаю или ты думаешь, что кто-то может тоже не спать среди ночи?».

Фыркаю. Ну что за глупости. Все спят. Он спит. Мария Петровна спит. Тишина и покой.

Открываю дверь кухни.

За стойкой сидит Влад. Перед ним бокал с виски, налит на пару пальцев. Лонгслив с закатанными рукавами, домашние брюки. Смотрит в стол.

Я замираю. Он поднимает голову.

— Не спишь, — констатация, не вопрос.

— Я… я решила чаю выпить, — говорю я.

Иду к чайнику. Набираю воду. Ставлю. Молчим.

Я достаю кружку. Нахожу чай — он здесь хранится в жестяной банке, я это уже знаю. Жду пока закипит. Смотрю в стену. Чайник закипает. Я заливаю кружку. Беру ее и сажусь — не рядом с ним, а чуть в стороне, сбоку. На расстоянии.

Он смотрит в стол. Я смотрю на него. Хочу отвезти взгляд и не могу. Не получается. Он вскидывает на меня взгляд.

— Что?

— Да я… ну просто я… я хочу спросить, — замолкаю.

— Ну? — пялится. — Спрашивай.

— Ты как? — вылетает из меня.

Он чуть сжимает челюсть. Потом пожимает плечами.

— Я-то? Нормально.

— Влад, — вздыхаю.

— Что — Влад? — берет бокал, делает глоток. Ставит обратно.

— Ну просто… я все понимаю, правда. Сегодня был тяжелый день… Для тебя. Для него…

— Я не жалуюсь, — перебивает.

— Я не прошу жаловаться, — опять вздыхаю. — Я просто… — ищу слово. — Я просто спрашиваю.

— Зачем? — приподнимает бровь.

«Хороший вопрос».

И правда. Зачем я спрашиваю? Кто я такая чтобы спрашивать, чтобы интересоваться его чувствами. Чтобы вообще задавать вопросы. Мне не положено спрашивать — по договору, по логике, по здравому смыслу. Я здесь… кто? Сотрудница с красивым названием «жена» и временной пропиской?

«У меня нет никаких прав на его внутреннее состояние».

«Но у меня есть право быть человеком!».

— Я спрашиваю, — произношу я спокойно, — потому что я была там, потому что я видела и слышала. И…

— И?

— Потому что мне не все равно!

Влад опускает глаза, смотрит на свой бокал.

— Ну и наворотила ты дел, Марго, — говорит он тихо. — Ты здесь без году неделя, но ты как будто везде. И это… это, — он щелкат пальцами, — это раздражает!

Я закусываю губу.

«Получила? А нахрена ты лезешь вообще⁈».

Глава 36

Я аккуратно ставлю чашку на стол.

— Прости, я…

— Подожди, — хлопает ладонью по столу. — Раз уж ты задала вопрос, то можем и поговорить.

— Хорошо, — шепчу.

— Давай по порядку? — щерится. — Что у нас тут любопытного случилось. Во-первых, Фонд. Темные схемы, вывод бабла. Мой партнер, который улыбается в лицо и ворует за спиной. Так?

— Но ты же сам меня попросил и я…

— Так, — перебивает. — Во-вторых, телефон. Ко мне в дом кто-то вломился, чтобы подкинуть этот кусок дешевого пластика. Как это возможно? Хотя… — растягивает губы в улыбке, — это я уже разобрался.