Они ушли из волчьего стойбища, когда Ратибор еще пил у костра.
Внезапно дядя поднял голову от чаши. Он посмотрел в сторону своей яранги и нахмурился. Но тут его окликнули и он снова включился в разговор.
Мирослав нес Рушану на руках, укрывая ее своим плащом от ветра.
— Мы отведем ее к Хельге прямо сейчас, — сказал он. — Отец сказал, что старуха тоже на празднике.
И они направились к ярангам Медведей.
Глава 17
Глава 17
Рушана прижималась к груди Мирослава, как испуганный зверек, и не задавала вопросов. Млада чувствовала — сестра боится говорить.
— Скоро будем, — сказала Млада, касаясь руки сестры.
Девочка кинула, но не подняла головы. Только прижалась крепче, и Мирослав осторожно поправил на ней плащ.
Млада смотрела на них — на мужа, который нес ее сестру как собственную дочь, и внутри нее разливалось теплое чувство. Она не знала, как назвать его. Может быть, это была надежда. Может быть — любовь. А может, просто усталость от долгой зимы, которая наконец начала заканчиваться.
Яранга Хельги стояла рядом с шатром вождя.
Хельга стояла у входа и жадно смотрела на них.
— Входите, — сказала она, и в ее голосе не было удивления. — Духи сказали мне, что вы придете.
Они вошли. Внутри было жарко, на костре булькала ароматная похлебка. Хельга протянула миску с едой Рушане.
— Поешь, девочка, — сказала Хельга. — Я вижу, что ты голодна.
Рушана посмотрела на сестру. Млада кивнула.
Рушана шагнула вперед и осторожно взяла миску двумя руками. Она с наслаждением вдохнула мясной аромат и с жадностью набросилась на еду. Быстро опустошив миску она тут же застеснялась своей торопливости и неловко поблагодарила старуху.
Маленькая, худенькая, с огромными глазами и белыми волосами, которые пушились от тепла и влажности, она была похожа на олененка, который впервые ступил на лед.
Хельга наклонилась, взяла ее лицо в ладони. Ее пальцы были сухими, но теплыми.
— Ты сильная, — сказала она. — Я чувствую это. Ты не сломалась, хотя тебя пытались сломать.
Рушана молчала. Ее губы дрожали, но она не заплакала.
— Хочешь остаться у меня? — спросила Хельга. — Я буду учить тебя языку ветра. Ты станешь сильнее всех, кто тебя обижал.
Рушана снова робко посмотрела на Младу.
— Я хочу, — прошептала она.
Хельга улыбнулась.
— Сказано и услышано, — торжественно провозгласила она. — Отныне ты моя ученица.
Хельга повела Рушану к маленькой лежанке у стены, покрытой оленьими шкурами. Девочка села, обхватив колени руками, и смотрела на старуху большими, настороженными глазами.
— Я не сделаю тебе больно, — сказала Хельга. — Тебе больше нечего бояться.
Рушана не ответила, но взгляд ее стал чуть спокойнее.
Хельга подошла к очагу и налила в глиняную чашку темный, дымящийся отвар. Пахло медом и орехами.
— Выпей, — сказала она, протягивая чашку.






