Хмурюсь, не понимая, зачем он пишет мне после работы ещё и не в общий чат.
Но не успеваю взять гаджет, как его перехватывает супруг. Пароль на моём сотовом не установлен. У нас такое правило – муж должен всегда иметь доступ к моему телефону. Ведь между нами нет секретов.
Матвей читает сообщение. Его лицо буквально сереет. Я вновь замираю под его нечеловеческим взглядом. И не успеваю отшатнуться, как муж опрокидывает меня со стула на пол.
– Ах ты, шалава. – Голос, как шипение гремучей змеи, расползается по нашей красивой, современной кухне. Он хватает мои волосы с такой силой, словно желает снять скальп. Я пробую сгруппироваться. Защитить живот. Но это не помогает. Удар кулака преодолевает моё жалкое сопротивление.
Я с ужасом ощущаю, как между ног становится мокро и горячо. Описалась. От осознания этого по щекам текут слёзы. Потому что к боли я почти привыкла, но это унижение становится для меня чем-то новым. Словно каждый раз он умудряется втаптывать меня всё глубже в грязь.
– Ах ты, мерзкая тварь, жалкое животное. Ты меня позоришь, шлюха. Думаешь, он лучше меня? У тебя с ним что-то было?
Не успеваю ответить, как на меня обрушивается ещё один удар. В животе расползается жар. Боль такая сильная, что, кажется, я теряю сознание. А в себя прихожу, ощущая пульсацию в животе и промежности. Я врач, но сейчас ничем не могу помочь себе.
Разлепляю слипшиеся от слёз, накрашенные ресницы. Я мокрая. Лежу в собственной моче. Взгляд натыкается на домашние тапочки мужа. Он вернулся к столу. Доедает, пока еда не остыла.
В этот момент мне даже немного смешно. Ведь вместе с едой когда-нибудь под его кулаками могу остыть и я.
Пробую подняться. Но пол неожиданно быстро касается моей щеки. А я вновь теряю сознание.
– Ты мне одни неприятности доставляешь, гнида, – голос мужа раздаётся где-то рядом. А затем я ощущаю, как мне в лицо льётся вода. Попадает в нос, мешая дышать. Я фыркаю. Совершенно дезориентированная. Может быть, он ударил меня по голове?
Но, как ни пытаюсь, прийти в себя не получается. Приходит страшная догадка, что он повредил что-то внутри меня. Потому что между ног всё ещё мокро и горячо. Точно не от мочи.
– Вызови скорую. Пожалуйста, – стону, предпринимая очередную попытку встать.
Мир плывёт, но мне удаётся принять сидячее положение. И я замечаю, как на белом кафельном полу расползается кровавое пятно.
– Ты тупая? Как я покажу тебя в таком виде людям, грязное, мерзкое животное? – злые слова срываются с губ мужа.
А может быть, это даже неплохо… если всё вот так закончится.
И всё это прекратится.
Я возвращаюсь на пол. Сворачиваясь калачиком. Сил бороться нет.
Есть большая вероятность, что скоро я просто истеку кровью. И мне никто не поможет. Предчувствие скорой смерти заставляет меня застыть.






