ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бен-Гур, Автор - Уоллес Лью, , Жанр - Проза прочее, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Бен-Гур Уоллес Лью Бен-Гур, Автор - Уоллес Лью, , Жанр - Проза прочее, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Посвящается жене, подруге моей юности. КНИГА ПЕРВАЯ Смотри, как издали, с высоты востока, путеводная звезда спешит пролить на мир свой лучезарный свет. И миром дышала ночь, в которую царь света явился на землю для царства мира. И ветерок, дивясь чуду, нежно лобызал воды, передававшие эту новую радостную весть тихим водам океана, ныне вполне забывшим эти грезы, когда мирные птицы колышутся на их чарующих гребнях. Мильтон. Гимн «Рождение Христа» ГЛАВА I В пустыне Джебель эс Зублех — горная гряда длиною более пятидесяти миль и такая узкая, что ее изображение на карте напоминает гусеницу, ползущую с юга на север. Стоя на ее белых и красных утесах и глядя в лучах восходящего солнца, можно увидеть только Аравийскую пустыню, где от начала времен обитают восточные ветры, столь ненавистные виноградарям Иерихона. Подножия гор укрыты песками, принесенными с Евфрата, чтобы лечь здесь навек, ибо гряда представляет собой стену, ограждающую с запада пастбища Моава и Аммона — земли, которые, в противном случае, были бы частью пустыни. Арабы дали названия на своем языке всему, что лежит к югу и востоку от Иудеи; и на их языке старый Джебель — отец бесчисленных вади [1] , пересекающих римскую дорогу — ныне о ней напоминает только пыльная тропа

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он подумал, что не спросил утром, почему она не пошла со всеми, вспомнил, что не думал о ней, и теперь, охваченный стыдом, готов был на все, чтобы загладить вину, тем более, что сейчас должен был обрушить на нее такое горе.

Он дернул занавес на ее двери, и хотя за ним громко зазвонили колокольчики, ответа не было, он позвал ее по имени, потом еще раз — без ответа. Он отодвинул занавес и вошел — ее не было в комнате. Он торопливо поднялся на крышу — не было и там. Он спрашивал слуг — никто не видел ее с утра. Обыскав весь дом, Бен-Гур вернулся в гостиную, и занял место у покойного,

где должна была быть она, и еще раз подумал, как милостив Христос к своему старому слуге. У порога рая оставлены скорби и потери этой жизни, они забыты теми, кто вошел туда.

Когда уже улеглась печаль похорон, на девятый день после исцеления, как требовал закон, Бен-Гур привез домой мать и Тирзу, и с этого дня в доме два самых священных для людей имени всегда звучали в молитвах рядом:

БОГ ОТЕЦ И ХРИСТОС СЫН.

Прошло около пяти лет после распятия. Эсфирь, жена Бен-Гура, сидела в своей комнате на прекрасной вилле близ Мисен. Был полдень, теплое итальянское солнце согревало розы и виноград за стенами. Все в комнате было римским, кроме одежды Эсфири — одежды еврейской матери. Тирза и двое детей играли на львиной шкуре на полу, и стоило увидеть заботливый взгляд Эсфири, чтобы понять, чьи это дети.

Время было щедрым к этой женщине. Она была прекраснее, чем прежде, а став хозяйкой прекрасной виллы, воплотила свою старую мечту.

Вошел слуга.

— Женщина в атриуме хочет поговорить с хозяйкой.

— Пусть

войдет. Я приму ее здесь.

Тут же появилась незнакомка. Увидев ее, еврейка встала и хотела заговорить, но вдруг запнулась, изменилась в лице и наконец отступила, сказав:

— Я знала тебя когда-то, добрая женщина. Ты…

— Я была Ирой, дочерью Балтазара.

Эсфирь справилась с удивлением и приказала слуге принести стул для египтянки.

— Нет, — холодно сказала Ира, — я сейчас уйду.

Две женщины смотрели друг на друга. Мы знаем, какой стала Эсфирь — прекрасная женщина, счастливая мать и жена. С ее же бывшей соперницей судьба обошлась совершенно иначе. В высокой фигуре сохранилось что-то от былой грации, но порочная жизнь оставила следы на всем. Лицо стало грубым, большие глаза покраснели, под ними набрякли мешки, цвет ушел со щек. С тонких губ не сходила циничная улыбка, и на всем лежал знак преждевременной старости. На ней была плохая и грязная одежда. Дорожная грязь покрывала сандалии. Ира нарушила неловкое молчание.

— Это твои дети?

Эсфирь взглянула на них и улыбнулась.

— Да. Хочешь поговорить с ними?

— Я испугала бы их, — ответила Ира. Она подошла ближе к Эсфири и, видя, что та вздрогнула, сказала: — Не бойся. Передай мои слова мужу.