Арман Жан дю Плесси, кардинал Ришелье умер 4 декабря 1642 года на пятьдесят восьмом году жизни в своем новом дворце в Нарбонне почти на глазах самого короля, который, казалось, ничему во все продолжение своего царствования не радовался так, как этой смерти. Перед кончиной кардинал попросил короля обратить внимание на людей, весьма способных и отлично сведущих в делах, а именно на Нойе, Шавиньи и кардинала Мазарини. Король выполнил его просьбу, и со временем первым министром Франции стал кардинал Мазарини. Очень скоро он вызвал к себе ту же ненависть, какую вызывал его предшественник. Но, главное, он продолжал прогрессивную политику Ришелье, и Франция могла быть благодарна судьбе еще за одного государственного деятеля, который все свои силы отдавал процветанию государства, не забывая, впрочем, — и здесь он мало отличался от Ришелье, — о своих собственных интересах.
Часть вторая
ЮНОСТЬ
(1643–1656)
1643 год
Людовик XIII был несказанно рад смерти человека, который так много лет своей железной рукой лишал его свободы действий. Между прочим, король был неплохим музыкантом. Он попросил Мирона, своего казначея и по совместительству поэта, сочинить стихи на смерть кардинала.
Мирон отлично понял, какого рода стихи ждет от него король, и принес ему следующее рондо:
Его уж больше
нет; убрался кардинал!
Конечно, дом его в нем много потерял;
Но многие от всей души возвеселились,
Что от него навек уже освободились.
Всю жизнь свою родство свое обогащал,
Он хищность, брак, обман на то употреблял,
Но время то прошло. Его уж больше нет.
Без страха быть в тюрьме пусть всякий рассуждает —
В свинцовом гробе тот уж крепко почивает,
Кто горестью других себя здесь утешал;
И бронзовый король, когда он проезжал
Чрез мост, как бы сказал, глядя на всех, в ответ;
«Я с вами радуюсь: его уж больше нет!»
А между тем пошатнулось здоровье самого короля. Казалось, умерший Ришелье, который всю жизнь господствовал над Людовиком, зовет его за собой в могилу.
3 апреля король встал с постели и пожелал погулять в галерее. Сувре, его первый камердинер, и адъютант Шаро вели его под руки, между тем как дежурный камер-лакей Дюбуа нес сзади стул, на который почти через каждые десять шагов король садился. Это была последняя прогулка Людовика XIII.
20 апреля он так плохо себя почувствовал, что в присутствии герцога Орлеанского, принца Конде и всех должностных лиц двора объявил королеву Анну регентшей. Королева стояла у кровати своего супруга и во время его речи не переставала плакать.
21-го числа король провел ночь еще хуже.






