ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сара, Автор - Лерой Дж. Т., , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Сара Лерой Дж. Т. Сара, Автор - Лерой Дж. Т., , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. СЕРДЦЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ОМЕРЗИТЕЛЬНО (рассказы) Пропажи Длинные белые зубы высунулись из пасти, точно волчьи клыки. Глаза его были пустыми и неестественно возбужденными, как у психа. Женщина склонилась надо мной с этим чудовищем, сжимающим в лапах морковку, и тоже скалилась, широко и неестественно улыбаясь. Она была похожа на мою приходящую няню, только у этой не было скобок на зубах. Зато та же светлая коса, заплетенная у самого затылка. Она тыкала Багсом Банни мне в нос, суча этой проклятой морковкой, зажатой у него в лапах, точно разделочным ножом. Я ждал, когда же наконец кто-нибудь из социальных работников скажет ей, что Багс Банни мне противопоказан. — Посмотри, что принесла тебе мамочка. «Мамочка». Я произносил это слово как заклинание, выручавшее, когда совсем невмоготу. — Держи его, крошка, — лезла эта женщина со своим кроликом. Она скалилась все шире, поглядывая при этом на окруживших мою кроватку трех работников службы социального обеспечения, кивая им и поддакивая. Они так же трясли головами и скалились в ответ. И тогда она снова совала мне кролика — казалось, этой пытке не будет конца. — Я твоя ма-ма. — Глядя на ее красные губы, лоснящиеся помадой, можно было явственно ощутить привкус этого слова во

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Сначала запакостил машину Ле Люпа, а теперь меня хочешь? И не думай, что он потом не вычтет с тебя за это, крошка!

— Извини, — выдавил я, заискивающе вглядываясь в ее опухшее лицо.

Мотнув головой, она взяла стакан и вытряхнула в рот последнюю каплю.

— Пожалуй, пора. Собирайся.

Оттолкнувшись, я съехал с кровати и уставился на тазик, оказавшийся между ног.

— Мне бы…

— Все сортиры за дверями. Меня можешь не стесняться.

Мои ступни утопали в глубоком меху, когда я направился к дверям.

За одной из них я обнаружил непроницаемо черную пустоту, наполненную стрекотом сверчков. Захлопнув дверь, я распахнул другую.

Вонь как из слоновьей клетки оглушила меня, и я медленно добрался по все тому же вездесущему меху до деревянного стульчака рядом с треснувшим здоровенным зеркалом во весь мой рост.

Я вгляделся в свое отражение. Несколько взлохмаченные волосы, но Пух права — никакой рвоты на мне не было. Слегка помялись юбка и блузка, но в целом вид у меня был в точности такой же, в каком я покидал «Голубятню».

Пух сцапала меня за руку на выходе из ванной.

— Пошли жрать.

И потащила из этого перестроенного сарая, захлопывая и запирая за нами широкие амбарные двери.

— Фу, никогда не привыкну к этой вони! — Зажав нос, она показала на желтые цветки, распустившиеся над зарослями скунсовой

капусты.

Миновав ряды ржавых трейлеров и хибарок под жестяными крышами, с одинаково красными вельветовыми шторами, мы добрались до стоянки дальнобойщиков. Вдали маячила неоновая вывеска: три трости, скрещенные, точно мушкетерские шпаги.

— «Три Клюки», — пояснила Пух. — Это место основано тремя ящерицами. — Она вдруг тронула пальцем у меня под глазами. — Еще не было стигматов?

Я поспешно отвернулся и тут ощутил внезапное нестерпимое жжение в глазах. Тут же набухли слезы, растворяя весь остальной мир, и я потерял способность видеть.

— Ага! — рассмеялась Пух.

Я присел на корточки, пытаясь сдержать слезы, но не мог даже разомкнуть глаз.

— Я ничего не вижу!

Пух только смеялась.

— Мои глаза. Пух! Что с ними?

Яростно растирая веки, я этим ничего нее добился — напротив, усугубил ситуацию.

Тут она снова расхохоталась и, ухватив меня под мышки, поволокла вперед.

— Давай, Ширли Темпл. У меня нет времени тут с тобой играть.

— Я ничего не вижу! — кричал я, спотыкаясь. —

Пух, помоги!

— Добро пожаловать в «Три Клюки», куколка! Заходи.

И она втолкнула меня вперед.

Я пошел, левой рукой вцепившись в Пух, а правой размахивая перед воспаленными веками.

— Давай, ступенька, еще одна… — говорила Пух, пока я нащупывал лестницу под ногами.

Наконец она вытолкала меня на самый верх.

Скрип алюминиевых ступеней отзывался эхом под моими подошвами. Теряя равновесие, я хватился рукой в поисках перил, но ощутил пустоту и в последней надежде прильнул к Пух.