ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Улей, Автор - Тодорова Елена, Серия - Аморальные [1], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Улей Тодорова Елена Улей, Автор - Тодорова Елена, Серия - Аморальные [1], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. 1 День первый Гребаный унылый октябрь. Неуправляемое чувство смуты гложет Адама. Бродит по венам. Стучит в темные уголки его души. Искушает разум, дымящий лихорадочными идеями. Вытаскивает наружу самые больные схемы. Титов даже не пытается слушать лектора. Ожесточенно рисует в тетради диковатую композицию двух несовместимых стихий — воды и огня. Его лучший друг и соратник по различного рода махинациям, Ромка Литвин, обсуждает местных «шкур» [1] , беззаботно отпускает шутки, и сам же над ними ржет. А у Титова внутри скапливается ощущение невнятного напряжения и агрессии. 1 Здесь: девушки — Бл*дь, мне от Ольки скоро придется скрываться, — говорит Рома, заметив направленный в его сторону обожающий взгляд. — Зачем? — не поднимая глаз, реагирует Адам. — Пошли ее, и дело с концом. — Нет, Тит. Грубость — твоя прерогатива. А я так не работаю. Титов надменно хмыкает и продолжает выводить на листе странные фигуры. — Мне, вроде как, нравится, что она всегда под рукой, — слышит он рассуждения Литвина. — Понимаешь? — Нет, не понимаю. Адам, и правда, не понимает, что может быть интересного в том, чтобы держать рядом с собой одну девку, касаться ее тела

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Собирается в академию, завтракает в тихой компании дедушки,

отсиживает положенных пять пар, по дороге домой заезжает в магазин за кое-какими средствами гигиены, оставляет на ресепшене частной клиники небольшую посылку со сладостями и фруктами для Дашки, катается по городу.

Длинный и спокойный день.

Без тревоги и огорчений. Без суеты и желания куда-то бежать. Еве просто хорошо от своего одиночества. Хоть она и понимает, что ни одна из ее проблем не решилась.

Родители, а правильнее сказать — люди, которые произвели ее на свет, названивают бессчетное количество раз, начиная еще с того пьяного вечера.

Ева все игнорирует. Даже сообщения матери удаляет, не глядя.

Ей нужен перерыв, чтобы не сломаться.

В начале седьмого вечера Исаева, все еще в форменном костюме, стоит перед окном и неторопливо пьет кофе. Ей нравится не столько вкус этого напитка, сколько его запах. Крепкий и бодрящий. Перебивающий своей силой все другие ароматы. Непреодолимый.

Ева ценит все, что имеет силу.

Умиротворение

покидает ее, когда во двор въезжает темно-серый седан. Отец паркует авто на подъездной дорожке, не доезжая до гаража, и сердце Евы начинает биться с утроенной силой. Она со стуком опускает чашку на столик и, спотыкаясь, бежит в комнату деда.

— Дедушка, — кричит громко и взволнованно, но пытается смягчить это улыбкой. — Посиди со мной, пожалуйста, — в голосе девушки слишком много умоляющих нот, чтобы Алексей Илларионович, всегда охотно баловавший ее своим вниманием, вдруг захотел ей отказать. Но для верности, Ева приправляет свою просьбу обещанием, которое, несомненно, его порадует. — Я сыграю на фортепьяно.

Заручившись согласием деда, ловко подцепляет ручки инвалидного кресла и быстро прокатывает его через длинный холл в библиотеку. Останавливаясь перед музыкальным инструментом, к которому она не прикасалась четыре года, на мгновение замирает неподвижно. Ей бы хотелось, чтобы эта чудовищная конструкция, бесчисленное количество раз вызывавшая в ней боль и ненависть, стояла в слоях обезображивающей пыли. Но, естественно, это не так. Неиспользуемое годами фортепьяно, как и прежде, сверкает идеальным черно-белым глянцем.

Ева

садится на мягкое сидение, словно опускаясь на дно своих воспоминаний. Возвращается в свое детство. В те времена, когда она, слушая наставления репетитора и чувствуя неусыпное внимание матери, просиживала за музыкальным инструментом по несколько часов в день. Воскресшие в сознании ноты и мелодии заставляют ее руки мерзнуть и дрожать.

— Что исполнить? — еле слышно спрашивает дедушку.

— Я буду счастлив слышать любую мелодию в твоем исполнении, русалочка.

Речь Алексея Илларионовича болезненно растянута, но Ева хорошо его понимает и улыбается, слыша свое детское прозвище.