ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Улей, Автор - Тодорова Елена, Серия - Аморальные [1], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Улей Тодорова Елена Улей, Автор - Тодорова Елена, Серия - Аморальные [1], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. 1 День первый Гребаный унылый октябрь. Неуправляемое чувство смуты гложет Адама. Бродит по венам. Стучит в темные уголки его души. Искушает разум, дымящий лихорадочными идеями. Вытаскивает наружу самые больные схемы. Титов даже не пытается слушать лектора. Ожесточенно рисует в тетради диковатую композицию двух несовместимых стихий — воды и огня. Его лучший друг и соратник по различного рода махинациям, Ромка Литвин, обсуждает местных «шкур» [1] , беззаботно отпускает шутки, и сам же над ними ржет. А у Титова внутри скапливается ощущение невнятного напряжения и агрессии. 1 Здесь: девушки — Бл*дь, мне от Ольки скоро придется скрываться, — говорит Рома, заметив направленный в его сторону обожающий взгляд. — Зачем? — не поднимая глаз, реагирует Адам. — Пошли ее, и дело с концом. — Нет, Тит. Грубость — твоя прерогатива. А я так не работаю. Титов надменно хмыкает и продолжает выводить на листе странные фигуры. — Мне, вроде как, нравится, что она всегда под рукой, — слышит он рассуждения Литвина. — Понимаешь? — Нет, не понимаю. Адам, и правда, не понимает, что может быть интересного в том, чтобы держать рядом с собой одну девку, касаться ее тела

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Несправедливо так говорить.

— Несправедливо отступать после всех своих обещаний. Я же вижу твой красный дождевик и слышу хлюпанье резиновых сапог. Сейчас нельзя в разных направлениях разойтись, потому что нам в одну сторону. По узкой тропинке.

Тишина длится не более двух секунд.

— По правую руку каменистая скала, а по левую — черная бездна, — тихо подхватывает Ева. — Но прыгать вниз еще рано.

— Правильно, — Адам берет в руку ее кулак и просовывает в него свой большой палец. — Нам нужно идти вперед.

Она его сжимает.

— Вверх по склону.

— Именно. Вверх.

Умолкают.

Погружаются в свои вероломные мысли.

«Сердце… Сердце… Его сердце…»

«Душу… Душу… Его душу…»

«Ее слезы… Ее любовь…»

«Ее

доверие… Ее безграничную преданность…»

«Ее слезы… Ее поражение… Ее падение…»

Одержимые своей ненормальной игрой, вскоре вовсе забывают о том, что в эти минуты умирает их вторая невинная жертва.

Истерзанные и опустошенные переживаниями, незаметно теряют связь с реальностью. Засыпают.

Пока Ева барахтается в крови и сражается с чудовищами, Адаму снится насыщенное запахами и красками море. Над его головой припекает солнце и заливает все вокруг ярким светом. Он запрокидывает голову вверх, но недолго может любоваться чистым голубым небом. Его глаза слезятся, и он почему-то смеется.

Ступая по горячему песку босыми ногами, попутно пробегает взглядом по знакомой округе. Набегающие на берег кружевные волны. Выброшенные ими морские водоросли и прозрачные медузы. Покрытые влажным налетом каменные валуны. Рыжие пятна усыхающей растительности.

Адам глубоко вдыхает и тяжело выдыхает, когда замечает шагающего рядом отца.

— Пап… — его голос срывается.

— Привет, сынок.

И присутствие отца наполняет его таким теплом, которое не способно дать палящее над головой солнце.

— Папа, где ты был?

— Дома. Я всегда жду тебя дома.

Адам хмурится.

— Тогда почему в этот раз я не могу найти туда дорогу?

— Потому что гнев слепит твои глаза.

Парень сокрушенно ныряет лицом в ладони. Прочесывает пальцами волосы и морщится.

— Как мне от него избавиться?

— Научись видеть не только минусы, но и плюсы. Ни один человеческий поступок не может быть исключительно отрицательным, как и ни один не может быть исключительно положительным. Любому деянию присущи два полюса мотивов. Какой-то из них должен быть весомее, ведь именно благодаря этому

вырабатывается энергия. От большего к меньшему, и наоборот. Важно видеть и то, и другое.

Адам сжимает губы и качает головой.

— Это сложно.

Терентий Дмитриевич улыбается.

— Не спорю. Но ты способен это увидеть и понять.

Их разговор прерывает стонущий женский вскрик. Адам оглядывается назад и всматривается в колышущуюся морскую гладь. Только не видит нигде ни души.