ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бракованные, Автор - Манило Лина, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Бракованные Манило Лина Бракованные, Автор - Манило Лина, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Бракованные Лина Манило Пролог Пять лет назад Арина – Ариша, ты же помнишь: синяя Лада, у дяди Валеры пышные усы, – жужжит в трубку ответственная Катя, моя старшая сестра. – У меня работы много, а он тебя заберет. Толкаю плечом тяжелую дверь со старомодными узорами, выхожу из музыкальной школы и выпадаю в царство тихого зимнего вечера. Небо очень темное, затянутое пленкой облаков. Они такие плотные, что ни одной звездочки не видно, но я все равно смотрю в надежде увидеть хоть что-то. Только это бесполезно. Неужели уже так поздно? – Слушай, может, я сама? Тут всего восемь остановок на автобусе. Ну, что со мной случится? – Нет, нет и еще раз нет! – буквально вижу, каким недовольным становится лицо сестры, хоть технически это невозможно. – Не ставь меня в неловкое положение. У дяди Валеры, знаешь ли, и другие дела есть, кроме твоих демаршей независимости. Все, ничего не хочу слушать! Я его попросила тебя встретить, он приедет, а ты подожди. Катя тарахтит, а у меня уши закладывает. Вот в этом вся моя сестра: надавить авторитетом и заболтать до смерти. И приходится согласиться с ней, иначе голова кругом пойдет. – Ла-а-адно, – протягиваю и иду в сторону школьной парковки. – Но во

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Или начало было в том парке, когда промакивала кровь после его первой драки с Соловьевым? Но нет. Наша история началась, когда меня выкинуло в лобовое стекло, распластало по асфальту, а мальчик, спешащий домой к отцу, остановился и вызвал скорую.

– Черт, я соскучился, – Мирослав смотрит на меня, исследуя лицо внимательным взглядом, касается пальцами уголка губ. – Ты всегда была красивая, но сейчас…

Он замолкает, и рука его замирает, а во взгляде тепло.

– Я люблю тебя, моя скрипачка. Сыграешь для меня?

Мирослав стягивает рюкзак, порывисто расстегивает молнию и достает мою скрипку. Она теперь всегда хранится в его гараже, и я часто играю что-то для Мира. Да, почти разучившись, потеряв сноровку, искалеченная после переломов, но я стараюсь. И у меня даже снова начало получаться.

– Мир, это же больница! Нас услышат, тебя выгонят! – лепечу, но пальцы сами тянутся к грифу. – Сейчас Катя с твоим отцом придут…

– Пусть приходят, мне-то что? – удивляется, и я понимаю, что ему все так же плевать

на условности и всю Вселенную. Мой отчаянный мальчик делает только то, что хочет.

– Ми-ир, ты меня убиваешь… мы же правила нарушаем.

– Обожаю нарушать правила, – повторяет свою любимую фразу и, взобравшись на подоконник, смотрит на меня горящими глазами. – Сыграй для меня.

Я не могу ослушаться. Не хочу. Я играю, вкладывая в каждую ноту всю себя. Закрываю глаза, переношусь мысленно в то время, когда мечтала о карьере скрипачки. Пусть у меня ничего не вышло, но я нашла человека, который любит слушать мою игру. Человека, который

любит меня. Сложного и взрывного. Огненного и опасного. Человека, который все еще учится справляться с приступами гнева. Ходит к психологу, медитирует, иногда срывается, но очень старается, чтобы это случалось все реже и реже.

За год мы многое пережили. Суд над Соловьевым, мои дурные сны, приступы, депрессию. Но мы всегда были рядом, что бы ни случилось. И будем, потому что порознь невозможно. Мир старается, стараюсь и я. Жить, любить,

радоваться мелочам. Смотреть на мир широко распахнутыми глазами. Видеть красоту в том, что кажется уродливым на первый взгляд. Всему этому научил меня Мирослав – мальчик со стальным стержнем внутри, отчаянный, но не отчаявшийся.

– Я люблю тебя, – говорю, когда последний звук стихает, а струны отдают воздуху

свою мелодичную вибрацию.

– Иди сюда.

Мир спрыгивает с подоконника, берет меня за руку, отнимает скрипку и оставляет ее лежать на мраморном полотне. Ведет к креслу в углу, садится и усаживает к себе на колени. Баюкает, точно ребенка, гладит по спине. Я отвечаю тем же: глажу его по плечам, вытягиваю руку и смотрю на давно зажившую татуировку на предплечье. Скрипка,

цветы и ноты. Татуировка красивая, и пусть Катя долго буянила, ее уже не стереть.