Вместо этого моя нижняя часть живота сжалась, и мне захотелось стать человеком другого типа, кем-то, кто флиртовал с красивыми незнакомцами, кто наклонялся к этому твердому рту и принимал его без колебаний.
— Мы не в воздухе, — заметил я. — Мы находимся в машине, сделанной из металла, которой не место в небе.
— Ах, это машина тебя пугает, — Мне было интересно, где он сидит, если он продолжает склоняться надо мной. — Тогда пусть это будет птица, лебедь.
— Ладно, — пробормотал я, внезапно утомившись. — Но только потому, что лебеди злые.
Я улыбнулась его хриплому смешку, но уснула прежде, чем он успел сказать что-нибудь еще.
Проснулся я от нежного стука дождя по окну и быстрого щелчка пальцев по клавиатуре. Глубоко отдохнувший и дезориентированный, я застонал и вытянулся на сиденье, прежде чем поправить его. Моргнув сон, я поднял глаза и встретился с горящими глазами моего незнакомца.
— Вы хорошо отдохнули», — отметил он, и я почему-то покраснела.
Он был еще красивее, чем раньше, если это было возможно. В темнеющей ночи его волосы были почти черными, окрашенными в красный цвет в искусственном верхнем освещении. Он казался каким-то существом ночи, чем-то темным и слишком сексуальным, чтобы быть правдой.
— Да спасибо. — Сейчас мы говорили по-английски, и я не мог вспомнить, переключились ли мы на другой язык перед тем, как я заснул. Голос у него был ровный и прохладный, прекрасно произносимый, с легким намеком на французский шарм.
— Мы приземлимся через двадцать минут. Он заметил мое удивление
и протянул мне пластиковый стаканчик с газированной жидкостью. Наши пальцы соприкоснулись, когда он передал чашку, и от электрического тока моя рука в чашке затряслась. Он быстро поправил его другой рукой и прижал обе мои руки к пластику. — У тебя вышло?
Я кивнула и согнула пальцы под его хваткой, но он продолжал держать чашку, удерживая меня, слишком долго. Он посмотрел на меня, слегка нахмурившись между густыми бровями, но я не мог понять, было ли это от неудовольствия или от удивления. Меня никогда в жизни так не привлекал мужчина, и я задавалась вопросом, представляла ли я себе растущее напряжение между нами. Мой язык высунулся и коснулся пересохших губ, и его глаза внимательно проследили за ним. Внезапно его руки исчезли, и он сел на свое место, его пальцы летали по клавиатуре своего Blackberry.
Я моргнула и медленно опустилась обратно в кресло. Очевидно, я неправильно истолковал знаки. Я сделал глоток газированной жидкости и с восторгом обнаружил, что это имбирный эль. Медленно потягивая его, наслаждаясь сладким пузырением пузырьков на языке, я обратил внимание на ранний вечер, превращающийся в сумерки цвета синяка за окном.






