ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Покорный родительской воле, желая получить богатое приданое, боярич Власий Сомов отправляется за невестой. Он надеется встретить милую смиренницу, а вместо этого получает упрямую, отважную боярышню. Непросто найти общий язык со своевольной Еленой Зотовой, однако события, происходящие с главными героями, помогают им лучше понять самих себя и друг друга. Ладинец Лариса Шубникова Покорный родительской воле, желая получить богатое приданое, боярич Власий Сомов отправляется за невестой. Он надеется встретить милую смиренницу, а вместо этого получает упрямую, отважную боярышню. Непросто найти общий язык со своевольной Еленой Зотовой, однако события, происходящие с главными героями, помогают им лучше понять самих себя и друг друга. Глава 1 На подворье народу собралось видимо-невидимо. Оно и понятно: свадьба у бояр Сомовых. Среднего сына Власия отправляли за невестой в Зотово. Туда пять дён, обратно еще пять, а значит в скором времени свадебный пир. Не иначе как последний в году: мясоед на исходе. Вон уж осень листья на деревах золотом окатила, холодком по утрам и вечерам баловалась. Зима-то близко, а с ней и пост: не до пиров, не до праздников мирских. – Здрав будь, народ честной! – боярин Захар, стоя на высоком крыльце хором, подобрал полы богатого кафтана, положил урядный поклон. – Проводим ясна сокола да за голубицею, путь его гладким сделаем, легким да простым. Станем ждать его с молодицей, пир собирать, радоваться новой поросли в роду нашем Сомовском. Влас стоял прямо: ноги рас

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Влас, свезешь в Зотовку? – личико подняла к нему заплаканное. – Хучь на денек. А коли недосуг тебе будет, так я сама. Ты уж не хлопочи, доберусь нето. Дай токмо провожатых.

– Не посмеешь, Елена! – напугался, а с того и слова правдивые с языка соскочили. – Опять от меня бежать?! Не отпущу, не смогу!

– Я вернусь! – брови вскинула, затрепыхалась.

– Без меня не смей! – ругался, но голос утишил до злого шепота: чай возница не безухий. – Вернется она, как же. Не уехала еще, чтоб возвращаться. Рябинка, я упреждал тебя, что запру? Упреждал!

– Ты ж воли дать сулил! – сама шептала сердито, стучала кулачком по Власовой груди. – Болтун! Как есть болтун!

– Ты ж сама обещалась за мной идти! Со мной быть! Что, не так?! Еще в дом мой не взошла, а уже на сторону смотришь! – взвился боярин, брови грозно свел к переносью.

– Так ведь вот она я, с тобой! – не унималась, взором сжигала горячим.

– Вот и сиди со мной!

– Так и сижу!

– Вот и сиди! – ругался, а сам обнимал крепко, тянул к себе, будто завороженный, да и Елена потянулась за шею обнять, к себе прижать. – Винись, окаянная. Сей миг винись, плати за своеволие.

Она и разочлась поцелуем жарким, да таким, что Влас обронил с головы шапку. Нырнул в омут сладкий, а вынырнул нескоро. Потом уж едва не взвыл, когда припомнил, что ночевать придется в общей избе, опричь всех. Иного пристанища до Сомовки сыскать не придется: дорога промеж лесов, места глухие.

Глава 35

– Рябинка, в избу ступай, я сей миг приду, токмо людям наказ дам. – Елена держалась обеими руками за ворот шубы Власия, когда тот вынимал ее из саней. – Иди за тёткой потихоньку.

Еленка послушалась, шагнула в сторону худой избёнки сторожко: темень вокруг, ратные суетятся, коней водят. Увидала Светлану на крылечке и поспешила. Жаль, не успела до приступок дойти – оскользнулась на утоптанном снегу и едва не упала. Так бы и вышло, коли не Савка Дикой: подхватил на руки и понес.

– Спаси тя, Савелий, – Елена и испугаться-то не успела, обрадовалась, что не упала под копыта лошадиные.

Вот только радость недолгой была, через миг услыхала лютый Власов голос:

– Отдай, – говорил боярин тихо, но до того жутко, что Елена чуть не пискнула от страха. – Ты к кому руки протянул?

– Боярыня едва под копыта не упала, – Савка сердито брови свел, отвечал зло. – Надо было со стороны на то поглядывать? Морду отворотить, и пусть валится? Сам одну оставил, так чего лаешься?

Елена охнуть не успела, как оказалась в руках мужа. Ухватила за шею, прижалась покрепче, а уж потом изумлялась злобе:

– Моя жена, моя забота, – высказал и понес в темные сенцы. В малой гриденке поставил на ноги и быстро так вышел во двор.

– Ленушка, иди сюда, иди скорее, – тетка Светлана звала молодую боярыню к себе. – В тесноте, да не в обиде. Ох, намерзлась я в возке.