ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Чтобы заработать денег, я устроилась сиделкой к спортсмену, получившему серьезную травму. В считанные дни я превратилась из квалифицированного врача в нянечку, повара, уборщицу, собутыльника и объект сексуальных нападок со стороны пациента. Красивый молодой мужчина с невыносимым характером оказался мужланом и грубияном, которого мне хочется прибить по сто раз на дню. Но история не об этом. Грубиян Хельга Дюран Чтобы заработать денег, я устроилась сиделкой к спортсмену, получившему серьезную травму. В считанные дни я превратилась из квалифицированного врача в нянечку, повара, уборщицу, собутыльника и объект сексуальных нападок со стороны пациента. Красивый молодой мужчина с невыносимым характером оказался мужланом и грубияном, которого мне хочется прибить по сто раз на дню. Но история не об этом. Хельга Дюран Грубиян 1.Таня Сегодня мой последний рабочий день. Попала я под сокращение, как мужской орган в рукомойник. Проработала венерологом в этой больнице всего год, но нагляделась я на эти органы мужские на всю жизнь, наверное. У всех дети, ипотеки, стаж работы, а у меня из перечисленного ничего, вот меня и вышвырнули, как слабое звено, как ту, кого не жалко. Новое место работы я найти не успела, посетила пару собеседований, но пока глухо. С моей узкой специализацией и мизерным опытом найти работу оказалось не так-то просто, хотя работенка та еще! – Одевайтесь! – привычно скомандовала я пациенту, трясущему своими причиндалами передо мной. Щелкнула перчатками, снимая их, назначи

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она была очень странной, точнее, ее не было. Он просто сел удобнее, подперев кулаком подбородок. И... все. Я, признаться, была обескуражена. Он вообще слышал, что я только что сказала? Или мало ему?

– Продолжай! – совершенно спокойно сказал Морозов.

– Да ты издеваешься? – взвизгнула я и вскочила на ноги. – Ненавижу тебя, Морозов! Ты мне всю жизнь испортил! И работу! – Тут я немного преувеличивала, но слово не воробей. Что мне теперь, извиняться? – Зачем ты меня сюда притащил?

– Потому что ты теперь будешь жить со мной, – пожал плечами Морозов.

– Не буду! Ты кем себя возомнил? Думаешь, вправе решать за меня?

– Еще вина? – спросил Рома вместо ответа.

Я просто покачала головой. Все! У меня закончились силы и оскорбления. Это, как со стенкой разговаривать. Толку-то?

– Ты все, Танюша? Иди сюда!

Рома протянул руку, схватил меня и усадил себе на колени.

– Просто прости меня, моя девочка! – прошептал он, утыкаясь лбом в мой лоб. – Подписываюсь под каждым твоим словом! Знаешь, нам надо было поссориться, чтобы я понял, что жить без тебя не могу! Я чуть не свихнулся, чуть не подох без тебя, милая!

Это признание ударило мне в самое сердце, ведь я чувствовала то же самое.

– Почему ты не позвонил мне ни разу? – простонала я. – Я думала, тебе все равно.

– Не звонил, потому что боялся, что тебе все равно! Я больше так не буду! Клянусь, Танюша!

Я посмотрела в голубые глаза Ромы, и меня затопило волной любви. Вот так просто я готова простить ему все, что угодно? Или я уже пьяная, оттого и добрая?

– Я ничего страшного не сделал, – поспешно оправдывался Морозов. – Ты поставила меня перед выбором, я выбрал! Тебя! Я нигде не таскался! Лечился! Развелся!

– О, господи! Это правда?

– Я свободен! И теперь весь твой! Молю тебя, останься! И не бросай меня больше никогда!

В его голосе было столько мольбы, что я ему поверила.

– Ладно! – выдохнула я, снова ныряя в Морозова с головой.

Проворные мужские руки тут же развязали пояс моего халата, а его питон...

Проснулась я в кровати Ромы от того, что его член норовил проткнуть мою поясницу. Я лениво потянулась, чувствуя приятную ломоту в теле. Морозов трахал меня всю ночь. И грубо, и нежно и во всех позах. Ушатал меня так, что я думала, не захочу его больше никогда.

А теперь, чувствуя его робкий поцелуй между своими лопатками и осторожное касание меду своих ног, я уже не была так категорична. Пальцы Ромы скользнули в мои складочки, а поцелуи стали более требовательными.

Неплохое начало дня...

Я отбросила от себя одеяло и нехотя открыла глаза. Положив руку перед собой, я сонно залипла на кольце, которое красовалось на моем пальце. Что это? Откуда? Я перебрала вчера? Или еще сплю?

Камень так сверкал в утренних лучах солнца, что слезы на глаза навернулись.