ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После Юлия Вельбой Вельбой Юлия После 1. Инга Нет, это был не сон, — в пачке действительно оставалась последняя сигарета. Вздохнув, Инга поставила турку на плиту и занялась макияжем. Чтобы кофе не сбежал, она включила конфорку на самый маленький огонь. Инга не могла выйти из дома ненакрашенной, даже если пройти нужно было всего пару десятков метров — до магазина на углу и обратно. Она достала косметичку, выложила на стол все ее содержимое, поставила перед собой большое овальное зеркало на подставке и начала краситься. Зеркало было двустороннее, и, страдая недостатком зрения, она пользовалась его второй, увеличительной стороной. Сначала контур. Инга никогда не покупала жидкую подводку, а наводила контур остро заточенной спичкой, как привыкла с молодости. Для этого нужно было размочить водой стержень от самого дешевого косметического карандаша, окунуть в него спичку, слегка провернуть, чтобы она напиталась цветом, и только после этого начинать красить. Мелкими прерывистыми движениями, чтобы не растягивать веко, она скрупулезно повторяла малейшую неровность кожи; она вела линию так тонко и точно, что ее руке позавидовал бы ювелир. Это была филигранная работа. Но существовала еще одна причина, по которой Инга предпочитала заточенную спичку, а не магазинную подводку: в детстве она переболела конъюнктивитом и от этого часть ресниц у нее высыпалась, так что пустые места на веках приходилось теперь искусно затушевывать. И в этом деле она добилась настоящего мастерства. От природы взг

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Большая эмалированная миска стояла прямо на постели, где в третьем часу дня все еще нежилась Даша. Виноградины были крупные, с прозрачно-золотистой серединой, и такой же прозрачной и светящейся казалась кожа ее пальцев.

— Угощайся, — сказала она, небрежно пододвинув миску к Валерии.

— А это… от кого?

— Брит. Вчера вечером прислал.

— В качестве извинения за свое отсутствие?

— Нет, просто так.

— А разве ты не его в баре ждала?

— Нет.

Валерия взяла крупную виноградину и отправила ее в рот.

— Как мед!

— Бери-бери, не стесняйся.

Валерия выбрала среднего размера кисть и принялась обрывать одну ягоду за другой.

— Так-то, Лерик, — Даша потянулась, зевнула и откинула со лба волосы.

Цвет своих волос Даша считала необыкновенным, и так оно и было. Ее волосы казались русыми, но не совсем: легкая пепельная дымка с самого рождения запуталась в них, и если посмотреть против света, то вокруг головы едва намечался тонкий голубоватый ореол. Она никогда не красила их и не делала сложных причесок. Волосы ее были так хороши, что сами знали, как им лежать, и как упасть невзначай легко и небрежно по плечам, чтобы показать свою хозяйку в самом выгодном свете.

— Помнишь того, второго, — заговорила Даша интригующе, — что был тогда с Бритом?

— Помню.

— Как он тебе?

— Не рассмотрела, — безо всякого выражения ответила Валерия.

— Он о тебе спрашивал.

— Что именно?

— Ну… вообще все. Если хочешь, я могу…

— Не надо.

— Почему? — Даша казалась слегка обиженной.

— Просто. Не надо.

Даша вздохнула.

В маленькой, бедно обставленной комнатке, с облупившейся краской на деревянной раме окна, пахло духами. Вещи казались не просто разбросанными, но никогда не имевшими здесь своих мест: шикарное нижнее белье валялось вперемешку с застиранными носками и футболками, причем в самых неожиданных местах. Коробки с обувью, дорогие кожаные сумки, шкатулки с бижутерией, подвязки со стразами — все это было брошено как попало, но так, чтобы до любой вещи можно было дотянуться с кровати. Само одеяло было завалено предметами, которые всегда должны быть под рукой: несколько женских журналов, вылинявший вискозный халатик, вязаная кофта с большим уютным воротом и вытянутыми рукавами, мобильный телефон, зеркало, бальзам для губ, крем для рук, молочко для тела, упаковка ватных дисков, тоник для снятия макияжа и еще множество мелочей, которые могут понадобиться девушке в любую минуту. Толстый слой пыли покрывал подоконник.

— Зря, — проговорила, немного подумав, Даша. — Он участник какого-то… м-м-м… в общем, какого-то банка.

— Не надо, — коротко повторила Валерия.

— Ну как хочешь.

Валерия щипала кисть винограда, поглядывала на подругу и, наконец, не выдержала:

— Что же ты ничего не спрашиваешь?

— О чем?

— О вчерашнем.

— А, ты об этом… Лерик, успокойся.