ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Отшельник Бенни, скрываясь от правосудия, планирует добраться до монастыря и посвятить остаток жизни служению Всевышнему. В лесной чаще он натыкается на умирающую девочку и выхаживает ее, воспринимая это, как шанс искупить грехи без принятия пострига. Правда, очень скоро его начинают одолевать сомнения – Господь ли послал ему девочку или… кто-то иной. Аника Ольга Рубан Отшельник Бенни, скрываясь от правосудия, планирует добраться до монастыря и посвятить остаток жизни служению Всевышнему. В лесной чаще он натыкается на умирающую девочку и выхаживает ее, воспринимая это, как шанс искупить грехи без принятия пострига. Правда, очень скоро его начинают одолевать сомнения – Господь ли послал ему девочку или… кто-то иной. Аника Глава 1 Преподобный Коллум омыл лицо и руки святой водой и приступил к чтению молитвы. За шиворот ему с крыши падала ледяная капель, но он старательно это игнорировал. Нельзя отвлекаться от святой молитвы перед тяжким испытанием. Произнеся заключительные слова и перекрестившись, он возвел глаза к небу. Он ждал знамения – солнечного лучика или пения птицы - но не дождался, а потому еще больше уверился в том, что окружной суд вынес правильное решение. В сущности, его заключение будет носить лишь рекомендательный характер. На одно он только надеялся – что заключенный после разговора с ним перестанет упорствовать, раскается и взойдет на эшафот с легкой душой. Диакон, терпеливо ожидающий Коллума в сторонке, встрепенулся, когда тот зашагал к нему и почтительно при

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Мужа? Можешь мне поверить, если у нее есть муж – это последний человек, к которому она обратится за… помощью. А тем более - к его приятелям.

Я бросил возню с камином и обернулся.

- Что ты… такое говоришь?

Она пожала плечами.

- Просто пытаюсь тебя успокоить. Бояться нечего. Она не вернется. Может, придет другая, но не

эта

. И придет тоже одна.

Я поднялся с колен, и ее рука соскользнула с моего плеча.

- Расскажи мне все, - потребовал я, - и немедленно!

- Что рассказать? – она глядела на меня с непосредственным детским удивлением, но при этом – я видел! - едва сдерживала снисходительную усмешку.

- Все расскажи! – закричал я и, дернув ее за руку, усадил в кресло, - Мне осточертели твои загадки! Что это за дом?

- Просто дом, - вновь пожала она плечами.

- Кто та женщина в погребе? Она ведь никакая тебе не крестная!

- С чего ты взял?

- Хорошо. Как ее зовут? Где тебя крестили? Кем она приходится твоим родителям?

- Я… не помню…

- Ты все время это повторяешь, - произнес я, едва сдерживая гнев, - но при этом в некоторых вопросах проявляешь удивительную осведомленность. Если ты ни черта не помнишь, откуда знаешь, что мертвая старуха – твоя крестная?

Девочка молчала.

- Ты ее видела прежде? – я вдруг задохнулся от догадки, - Тебя сюда приводила мать, ведь так? И поэтому ты в тот день по привычке закрыла глаза руками. Что это? Какой-то языческий ритуал? Зачем женщины приводят сюда детей?

Я испытующе уставился на нее. Некоторое время она задумчиво жевала нижнюю губу, словно размышляя, что может мне рассказать, а что лучше скрыть за

«не помню»

. Потом вздохнула и, поднявшись, дотянулась до книжной полки, откуда вытащила тяжелый том. Один из тех, что был написан палочками и черточками.

- Это «Ремесло Хату́саса», - произнесла она с явной неохотой, - Помнишь, я говорила тебе, что когда все пойму, то ты будешь первым, кому я все расскажу? Так вот… я еще только начала разбираться… Хатусас во времена фараонов был четвертым Великим Царством наравне с Египтом, Ассирией и Вавилоном, и находился на территории современной Турции. Свою огромную империю они умудрились выстроить, в прямом смысле, на голых камнях, где не было не только почвы для земледелия, но даже источников воды, а все торговые пути проходили на значительном отдалении. Тем не менее, их Царство, окруженное высокими неприступными стенами, росло и крепло, а потом они создали настолько сильную и искусную армию, что победили в войне самого Рамзеса Второго! Свою летопись и секреты они сохранили на множестве глиняных табличек, и кто-то из потомков впоследствии переписал их все в эту книгу. Она написана клинописью, и я…

Мой интерес быстро сменился недоумением, а потом и просто раздражением. Так вот куда привели эти книги – к очередным фантазиям. Единственное понятное слово для меня было – фараон.