Это были шпекачки, которые Пахом не очень-то жаловал, считая, что на эти же деньги можно купить вполне сносную колбасу, которую, к тому же, и не надо жарить. Потом бешбармак, купленный в магазине.
— Сами понимаете, что не домашний, — сказал Серега. — Вкус не тот.
Илья щелкнул себя по шее. Обвел всех взглядов.
— Это будет? Всё же удачно!
— Этого не будет! — сказала Рита. Строго посмотрела на Илью.
— Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа! На нет и суда н ет.
Илья тяжело вздохнул. Вокрутил вилку в руках.
— Они выходят на дорогу, я их догоняю, вроде бы случайно, торможу и спрашиваю: «Узнали? Вчера же на дискотеке познакомились! Еще хотели на моей точиле прокатиться». «Да такую страхолюдину и во сне не забудешь!» Хором ржут. «Ну, как на счет кайф словить? — спрашиваю я. — А то одной не фонтит. А знакомыми не успела обзавестись». Вау! Крутняк! Прыгают в машину. Тут же мне с ходу Дрищенко комплимент кидает: «Если бы ты не была такая страшная, мы тебя бы на хор поставили! Отпендюрили бы по полной! Потом бы замочили! А машину твою чуркам бы загнали. Те такие машики влёт берут. Любят повыпендриваться. Но мы здесь всё равно самые крутые! Неделе две бухали бы полной!» — «Повезло ей, крокодилице!» Это Старикова. «Много я страшилищ видела, а такую впервые. Тебя и орангутанг не захочет». Доехали до магазина. Беру пиво-водка, блок сигарет, закусон. Они уже слюней удержать не могут. Впервые их на халяву добровольно так потчуют. Глаза у них горят. Ажно трясутся от нетерпения. «Махнем, — говорят, — на озеро. Там клёво! Девки ходят. Протянем кого-нибудь! Бухла вон сколько! С ночевкой остаемся». И всё в таком духе. Я, конечно, соглашаюсь. Даже подхихикиваю, когда они ржут. Филипп до того разохотился, что уже хотел меня за ляжку схватить. Потом поглядел и убрал руку. Всё-таки не только красота — великая сила. «А что, ребята, давайте начнем! — предлагаю я. — Трубы-то горят! Чего сидим-маемся?» Они по бутылке пива открывают. Я им каждому по таблетке протягиваю. Разумеется, всё время грохочет самый отстойный музон. Это меня больше всего доставало. «С этим, — говорю, — кайф будет обалденным! Полный улёт!» И вот через двадцать минут мы уже здесь с растениями, из памяти которых всё будет удаленно за сегодняшний день. Как видите, всё легко и просто! Проще, чем вы думали.
— А долго у них это будет заживать? — спросил Пахом. — Когда мы можем приступить к заключительному пункту? Пора уже заканчивать.
— У меня для этого есть прекрасный заморский препарат. Раны затягиваются буквально на глазах любопытных. Желаешь посмотреть? Давай проведу экскурсию!
Пахом заскрипел зубами. И замотал головой.
— Пару дней придется подождать. Тем более, что время нужно на подготовку. Заканчивайте с конструкцией.
Один Илья жевал без аппетита.






