ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иосиф Эксетерский — поэт-эпик с прекрасным классическим образованием, представитель «Ренессанса XII века», а его поэма — попытка возродить античный эпос, изложив полностью историю Троянской войны (по позднеантичным версиям Дарета Фригийца и Диктиса Критского), и таким образом вступить в соревнование одновременно и с Гомером, и с Вергилием. Вместе со своим современником Бенуа де Сен-Мором, автором «Романа о Трое», Иосиф стоит между античными трактовками Троянской войны и ее поэтическими трансформациями у Чосера и Шекспира. Из прозаических изложений Иосиф сделал полномасштабную поэму со всей ее традиционной атрибутикой: речами героев, батальными сценами, вещими снами, пророчествами оракула. Насыщенный, вычурный поэтический слог делает Иосифа одним из самых оригинальных латинских поэтов XII столетия, в котором ярких индивидуальностей было более чем достаточно.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Молниеносным клинком терзая фригиян, кипучий

Шел Умбрасид;[703] с ним Троил, клинок обнаживший, затеял

Спор и смертью его заключил, немилостный, грянув

В келью вторую ума;[704] и силится тот понапрасну

Выскользнуть, ибо своей уклониться не может судьбины.

Он Аскалафа теснит; тот не ждет ратовища, несется

Прочь, избегая руки — но, сухим гнушаясь вернуться,

260 Ищет ясень удар совершить и коней пронзает,

Всадника впутавших в петли; влачится воин, браздами

Стянут, и, кровью напившися, гибнет, в ней потопленный.

Мужа доволен паденьем, победно теснит остальную

Рать Приамид, булавой тройную верша трехконечной[705]

Гибель: оплакивает Астил раздробленные длани,

Итис — грудь, Антифат — излившиеся из утробы

Внутренности. Но, хоть его длань и ярится, но ниже

Паха не бьет никогда: гнушается, высокомерный,

Он обесчестить себе триумф подсеченным коленом.

270 Большего алчет уж он: докучно ему против черни

Скудную битву тянуть, и дроты подлою кровью

Стыд безмерный пятнать, похищая нищую душу

В толпах народных. На горло царей и вождей он сильнее

Ярь воздымает; туда, где сонмы в камнях драгоценных,

Реет он и обоих уязвляет Атридов оружьем

Разным — дротом того, копьем другого; и, третьим

Чуя ранящий меч, застенал калидонский питомец.

Он и сих бы убил — так ему неослабная ярость,

Доблесть присущая так внушает — но, вдавшись меж ними,

280 Тяжкой деснице толпа не дала ударить глубоко.

Атропос даже сама — пред богами ничто, пред царями —

Редка; и дерзость его против душ возрастает убогих.

Убиение Троила

Заколебались данаи; уж нет им надежд на победу,

Нет и на бегство. Судьбы обманы, вышних коварства,

Ложь Калхантова — горе для них; о возврате уж шепчут,

Но обратиться спиной им страшно. С Нестором идет

Сам Агамемнон молить Пелида: тот им согласья

Не дал, однако своих отпустил мирмидонян на битву.

Их увидев Троил, выступающих бурной станицей,

290 «Путь свой направим сюда! — вопиет: — что за новая поросль?

Новую пыль кто поднял? Ужели ныне впервые

Аргос сюда их обрек, торопясь все силы исчерпать?

Благость явилась богов! Стигийску Юпитеру[706] в жертву

Уж не хватало людей, и праздности начал страшиться

Меч мой. Ужо научу я их перуном дарданским,

Сколь им полезней в дому укрываться!» Так молвив, Ипарка,

Ведшего полк, он туда, где умбон пылающий блещет,

Ясенем крепким своим поразил, свалив его наземь

С остановившегося скакуна. Но тотчас, вскочивши

300 На ноги, бросив копье и щит свой оставив, тот мчится

От нагоняющего врага назад в арголидский

Стан; и в пределах его, пред самим Ахиллом убитый,

[694]

…тот им препоной, Кто о браке скорбит

. — Менелай.

[695]

Парка упрямая

(Parca tenax). — Ср. Персий, V, 48.

[696]

Змея Триптолемова

(anguis / Triptolomi). — Триптолему Деметра подарила золотую колесницу с крылатыми драконами. Ср. Клавдиан. «Похищение Прозерпины», I, 12: angues Triptolemi.