Конечно, я бы ни за что вас не узнал, но, надеюсь, вы убедитесь, что за время вашего отсутствия наш город тоже изменился.
С отцовской слепотой ко всему второстепенному, он закончил свое приветствие неожиданно:
— А это моя маленькая Кора. Ну, беги, беги, детка.
Сияющий взгляд его маленькой девочки, брошенный на внимательного посетителя, передал легкую грусть от того, как нелепо ведет себя этот старик. Она перевела глаза с лица Корлиса на корзину для бумаг, стоящую у его ног, и слегка коснулась его руки, когда забирала розу.
Затем вышла из комнаты.
Глава II
Примерно в десяти футах от двери Кора приостановилась и прислушалась, надеясь обогатиться какими-нибудь сведениями, но двое мужчин принялись обсуждать погоду. Укол мгновенного разочарования — и девушка пошла дальше, бесшумно ступая. В конце коридора она толкнула дверь и прошла в просторный, хорошо освещенный эркер, предназначенный для зимней оранжереи. Там стояли две засохшие пальмы и повсюду виднелись пустые глиняные кувшины и горшки.
Ее сестра сидела у открытого окна и чинила мужскую рубашку. Потрепанный, испачканный краской мальчик лет тринадцати устроился на полу «зимнего сада». Он занимался тем, что дорисовывал оранжевыми и зелеными мелками старые трещины в черно-белой плитке — у него выходило жутковатое семейство змей, сов и полумесяцев.
Одновременно с Корой в помещение вошла женщина лет пятидесяти с тряпкой под мышкой — это привычное орудие домохозяйки было у нее всегда готово к употреблению в случае надобности, — прислонилась к дверному косяку и принялась полировать столовую ложку кусочком замши с порошком.
Женщина была высокой, слегка сутулой и, как плоская серебряная ложка в ее руке, несколько сточилась от времени. С первого взгляда было ясно, что две девушки и мальчик похожи на нее. Терпение и любовь к детям отражались в усталом взгляде матери, зато в голосе еще слышались серебристые нотки, напоминающие музыкальный юный тембр голоса Коры.
— Какой он? — обратилась она к дочери у окна.
— Спроси лучше у Корали, — вмешался сосредоточенный мальчик, отвлекаясь от своего занятия.
Он произнес имя сестры с заметной иронией и назвал ее «Корали» на французский манер, намекая, что ради привлечения мужского внимания сестра выдает себя за утонченную француженку. И ему было приятно, что прекрасные глаза сестры при этом неприязненно вспыхнули.
— Я спрашиваю у Лоры, потому что она открыла ему дверь, — ответила миссис Мэдисон. — А Кора толком его не видела. Теперь тебе ясно, Эдрик?
— Кора его не видела? — усмехнулся мальчик. — Да быть того не может! Она разглядывала его сквозь ставни в библиотеке, пока он шел по аллее, и не разрешила мне открыть входную дверь.






