ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Действие происходит в 90-е годы. Тридцатитрёхлетняя журналистка из Екатеринбурга отправляется «завоёвывать мир» в Амстердам. Кража денег и документов на вокзале в Праге меняет все планы, а заодно и всю её жизнь. Одиссея Ирина Беспалова Действие происходит в 90-е годы. Тридцатитрёхлетняя журналистка из Екатеринбурга отправляется «завоёвывать мир» в Амстердам. Кража денег и документов на вокзале в Праге меняет все планы, а заодно и всю её жизнь. О АВТОРЕ Ирина Беспалова – журналист и писатель. Родилась в Челябинске, окончила факультет журналистики Уральского государственного университета. Работала в журнале «Уральский следопыт», вела школу общения в творческом объединении «Телефакс», занимала должность пресс-секретаря Уральской ассоциации клубов ЮНЕСКО (Екатеринбург), затем – пресс-секретаря губернатора области. Живет в Праге с 1997 года. До пандемии занималась галеристикой. Пишет повести и романы. Электронное издательство Пражские витражи – все цвета творчества Прага, 12.1.2025 ПРЕДИСЛОВИЕ Проза Ирины Беспаловой такова, что читатель, попадая в её мир, автоматически начинает идентифицировать автора и её героиню. Кто-то с интересом включается в эту «реальную» жизнь, а кто-то готов обвинить автора в графоманстве: мол, «что вижу – то пою». Такие истории из жизни можно рассказывать на кухне, за бутылкой вина или водки, и тогда, действительно, весело, забавно. Даже стороннему читателю понятно, что перед ним – реальная жизнь, а уж живущему в Праге – и подавно: места, случаи, имена и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Даже какой-то городок целиком взяли под патронаж. Ну, произносили речи целых две недели во всех культурных очагах города Екатеринбурга и за его пределами. Умилялись уральской спецификой, нахваливали простой русский народ, а, в основном, пили и ели за счет этого народа, получали подарки из каслинского литья и горного хрусталя под Асбестом, все, как один, вели себя как баре, за каждым бегало по десять человек прислуги, я вообще потеряла дочь из виду, хорошо, переходного возраста кризис миновал, думала я, вроде, учится, и домой вовремя приходит, да и Оксана не такая плохая девочка, Наташа частенько ночует у нее, а ведь я возвращаюсь в час, а когда и в два часа ночи, пару раз вообще пришлось заночевать в степи, ничего, вот заключительный торжественный концерт проведем (выступает двадцать коллективов профессиональной художественной самодеятельности), и я буду уделять ей больше времени. Я вообще попрошу у Борисихина отпуск.

На этот концерт, после которого был банкет в самом большом банкетном зале города, моя дочь пришла в капроновых чулках, это в январе-то месяце! В числе прочих смертных получила роскошный глянцевый плакат ЮНЕСКО с каким-то уральским храмом, отнятым у колонии несовершеннолетних и возвращенном церкви, поглазела на художественные коллективы, перемежавшиеся восхвалением организаторов и гостей праздника, съела борисихинского мороженого в фойе и ушла.

Я её видела мельком. А потом я была на банкете. И даже умудрилась поссориться с женой какого-то французского посла. Наташа сама заполночь добиралась домой и простудила придатки. Она загремела в женскую гинекологию на целый месяц.

Лечащий врач мне только и сказал:

– Вы знаете, что Ваша дочь уже живет половой жизнью?!

А что она уже и беременна, почему-то промолчал. Наташа соврала мне, что месячные у неё прошли в больнице.

После Конференции и после наташкиного выхода из больницы, я стала частенько заставать у нас дома Сашу, такого довольно взрослого парня лет за двадцать, который мне казался мужиком. Когда я приходила, он тут же поднимался и уходил, и не раз я ему говорила уже на пороге:

– Саша, ты уже взрослый, ты вернулся из армии, ты работаешь, тебе что надо? – жениться. А Наташа совсем ещё девочка, ей всего шестнадцатый год, ей что надо? – учиться!

– Не беспокойтесь, тетя Ира, я Наташе ничего плохого не сделаю, – говорил этот мужик и уходил. Ах, ну какой мужик, ей Богу, двадцать лет, что он в жизни видел, кроме армии?! Однако я считала его мужиком.

Оказалось, что познакомились они через Оксану. Оксана была на два года старше Наташи, и у неё на уме были одни бары и мальчики. Ах, ну какие на Елизавете мальчики?! Одни мужики. Большие и маленькие.