ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Кто она такая? — спросил он хрипло, — Зачем вы притащили её мне? Один из уродов промямлил: — Это… подарок…. Подарок DaryaK — Кто она такая? — спросил он хрипло, — Зачем вы притащили её мне? Один из уродов промямлил: — Это… подарок…. DaryaK Подарок Глава 1 Мира Работа горничной в «Парусе 4*» не была мечтой, но я не жаловалась — спортивное прошлое не позволяло ныть. Работа как работа: чужие грязные простыни, запах отбеливателя и постоянные заигрывания от охранников. Платили стабильно, а это главное. Всё лучше, чем таскать подносы в каком-нибудь второсортном кафе, выслушивая хамство от клиентов и поваров. В «Парусе» часто останавливались интересные гости. Командировочные со своими любовницами, деловые люди, устраивающие ночные совещания с алкоголем и сомнительными девушками. Иногда поневоле становилась наблюдателем чужих семейных драм и корпоративных интриг. С отвращением вздрагивала каждый раз, когда слышала ссоры за дверью или ловила обрывки разговоров про «это между нами». Однажды даже нашла в номере забытый портфель, плотно набитый долларами. Вернула, конечно. За это получила пятьсот рублей благодарности и короткое «молодец» от администратора. И на том спасибо. Я протирала пыль с прикроватной тумбочки, когда телефон пискнул. Вибрация пробралась по карману униформы горничной, неприятно вырывая из собственных мыслей. Сашка: «Хватит пахать, Принцесса. Прогуляемся, свожу кое-куда. Место — огонь.» Улыбнулась краешком губ. Это в его духе — внезапные предложения. Мы с Сашкой друж

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если там действительно металлические конструкции, любая перегрузка, падение или удар могли привести к смещению. Нужна диагностика — МРТ, рентген, консультация хирургов. И как можно скорее.

Я медленно выдохнул, понимая, что он прав.

— Хорошо, — сказал я. — Но только в проверенную клинику.

— Я отправлю координаты, — кивнул врач. — Там всё подготовят.

Нейрохирург отдал распоряжения, собрал медикаменты, организовал транспорт.

Я подошёл к кровати. Мира дышала тяжело, глаза полуприкрыты — будто застряла где-то между сном и болью. Я осторожно коснулся её щеки.

— Потерпи, девочка, — шепнул я. — Совсем немного.

Через сорок минут мы уже были в пути. Машина шла плавно, но быстро. Её тело зафиксировали на каталке, чтобы не усугубить возможную травму позвоночника. Я сидел рядом, не сводя взгляда.

Сергеевич следил за показателями, корректировал капельницу, говорил с нейрохирургом по рации. Всё было под контролем, но я видел, как он напрягался на каждом повороте.

Каждый километр казался вечностью.

В клинике нас ждали. Ни одного лишнего вопроса — Артём позаботился, чтобы конфиденциальность соблюдалась безоговорочно.

Миру увезли сразу после диагностики. МРТ показало смещение пластины и защемление нерва. Хирург сказал прямо: если бы мы приехали позже — она могла остаться инвалидом.

— Мы возьмём анализы и проверим стабильность имплантов, — продолжал он, нажимая что-то в планшете.

В этот момент Миру на каталке провезли мимо. Врач пошёл следом.

Я остался в коридоре. Не двигался, не говорил. Просто сидел, вцепившись в подлокотники кресла, и впервые за долгое время не контролировал ничего.

Артём звонил несколько раз. После моего короткого и резкого «Перезвоню» — больше телефон не издавал звуков.

Через три или, может, четыре часа хирург вышел. Лицо уставшее, но спокойное.

— Мы стабилизировали пластину и сняли компрессию, — сказал он. — Но нам нужно знать всё о её предыдущем лечении. Шрамы говорят, что операция была сложной. Мы не знаем, какие именно конструкции установлены, в каком состоянии был позвоночник, есть ли риск повторной нестабильности. Без этой информации трудно строить прогноз.

Я кивнул и достал телефон.

— Куда направить запрос?

Он продиктовал адрес. Через пять минут Артём уже собирал досье и отправлял запросы по клиникам, где могла лечиться Мира. Я дал короткое указание:

— Мне нужны все медкарты, снимки, заключения, фамилии хирургов. В течение суток — полный отчёт.

Когда охранник вышел, я повернулся к врачу:

— Если потребуется оборудование, анализы, люди — всё, что угодно. Она должна встать на ноги.

Он кивнул, но я почти не видел его. В ушах стоял гул — от усталости или от страха, я уже не различал.

Я сел обратно в кресло, уткнулся ладонями в лицо.