ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Простое и понятное, хотя и безрадостное, прошлое осталось позади. Деревня, где вырос, далеко не лучшая, но все-таки семья, человек, который стал учителем и другом. Все это у меня безжалостно отняли. И хотя мне чудом удалось избежать преследования, жизнь мне придется начинать с чистого листа. Что же, возможно, это и не плохо. Впереди — город, впереди — поиски моих корней, бои без правил, городские банды и неизбежный рост силы. Потому что в жестоком мире подворотен и переулков выжить может только сильнейший.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы стояли друг напротив друга на этом пятачке выжженной земли. Оба дымящиеся, окровавленные.

Но он был старше, опытнее, тренированнее. Даже с одной рукой, даже в полуобморочном от боли и потери крови состоянии его стойка была собранной, корпус подан вперед, готовый к любому движению.

Он сделал короткий, шаркающий шаг вперед, и его правая рука, вся покрытая сеткой светящихся багровых трещин и разогретая до тусклого свечения, выстрелила в прямом, жестком ударе.

Я парировал его левым локтем, чувствуя, как жжет даже через мгновенный контакт, как кожа на локте тут же покрывается волдырями. Ответил коротким, сбитым ударом правой в солнечное сплетение.

Маг принял его на вдохе, смягчив напряжением пресса, и тут же, не теряя темпа, нанес апперкот той же раскаленной рукой. Я отклонил корпус назад, но раскаленные костяшки все равно задели подбородок, оставив на нем полосу мгновенно набухших волдырей.

Мы обменялись еще парой быстрых, жестких ударов — без изысков, без финтов. Каждый удар Топтыгина нес с собой волну обжигающей боли, в каждый свой удар я вкладывал всю оставшуюся в мышцах силу.

И стало понятно, что проигрываю. Он теснил меня, заставлял отступать. Его техника даже в таком состоянии была лучше. Он предугадывал мои грубые, прямолинейные движения, использовал мой собственный вес и инерцию против меня.

Его раскаленная как печная заслонка рука находила слабые места в моей примитивной обороне. Сила, которую дала Сфера, еще оставалась, но ее просто не хватало, чтобы победить этого монстра.

Мысли метались, как загнанные мыши, ища выход, лазейку, любую возможность.

Использовать скалы, заманить его в расщелину? Нет, он не позволит разорвать дистанцию.

Дождаться, пока истечет кровью или потеряет сознание от болевого шока? Его рана была прижжена, и держаться за счет чистой воли и остатков магии он сможет еще неизвестно сколько.

Нужно было что-то сейчас. Что-то, что переломит ход этого обреченного обмена ударами. Что-то, за что можно зацепиться.

Однако у меня была только сила Сферы. Что я мог сделать с ней? Как мог… увеличить ее?

Продолжая атаковать и защищаться, я впервые глубоко прислушался к этой мощи. И неожиданно (вероятно из-за того, что во мне скрывалась искра духовного пламени — ее основа и исток) понял, что сила Сферы не была фиксированной. Она была ровно настолько большой, насколько могло выдержать мое тело.

Если я попытаюсь снять ограничения и впустить больший поток Духа в организм, он просто не выдержит и начнет разрушаться. Но если не рискнуть… если не рискнуть прямо сейчас, жертвы волчицы и Звездного будут напрасны. Я умру здесь, на этом пепелище.

Иного пути не было. Никакого.

Я отступил на шаг, пропуская очередной раскаленный хук, который просвистел в миллиметре от моего виска, опалив волосы.