ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первая книга здесь: #571277 Что нужно, чтобы выстоять против орды мёртвых? Стены покрепче, порох посуше и люди посмелее. Что есть у меня? Пятьдесят душ, которые видели оружие только издалека, полуразвалившийся селитряный заводик и Дар, за который церковники отправят меня на костёр. Меня зовут Александр Дубравин. Помещик поневоле, некромант по проклятию и единственный шанс Малого Днища пережить наступление мертвецов. Орда уже идёт, и с каждым днём земля стонет всё громче. Нужно успеть всё: научить крестьян сражаться, наладить производство пороха, укрепить стены… и не выдать себя. Если мы выстоим — у нас будет будущее. Если нет… у орды станет на пятьдесят душ больше. Добро пожаловать в осаду.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кажется, сработало — по крайней мере, шустро ковыляющий в мою сторону мертвяк резко потерял ко мне интерес и двинулся куда-то в другую сторону. В толпе это не сработает — отвести глаза сразу нескольким десятков мертвяков, ещё и управляемым водителем, мне пока было не под силу. А вот так, одному-другому — без проблем…

Стоило мне только об этом подумать, как откуда-то, буквально из-под ног, на меня выпрыгнула мёртвая борзая. Взвившись в прыжке, тварь метила мне в горло. Я отшатнулся и рубанул саблей, целясь прямо в открытую пасть. Попал. Лишившаяся нижней челюсти тварь покатилась по земле, я притормозил и следующим ударом добил её — нечего за собой подранков оставлять.

Опушка приближалась, и я с каждой секундой всё отчётливее ощущал жар, исходящий из-за деревьев. Водитель оставался на одном месте, и, кажется, даже не подозревал, что кому-то может прийти в голову пробраться прямо к нему. Что ж, тем лучше. Это говорило о том, что сколь бы ни была сильна тварь, особым умом она не отличалась. И это было хорошо. Тупого врага убивать проще…

Однако следующие же секунды показали мне, что недооценивать противника — кривая дорожка, которая может привести прямо в могилу.

Из-за поваленного дерева на меня прыгнуло что-то быстрое и сильное — я даже рассмотреть не успел, — сбило с ног, и мы покатились по земле. Я скорее почувствовал, чем увидел тянущуюся ко мне пасть, дёрнул головой, и челюсти клацнули в опасной близости от шеи — но всё же на ней не сомкнулись. Сабля улетела куда-то в сторону, и всё, что мне оставалось — выхватить из жилетного кармана терцероль и выстрелить наугад.

Попал. На щеку плеснуло мокрым и зловонным, я вскочил и отпрыгнул в сторону. Откормленный мертвяк, уже начавший покрываться хитином, корчился на земле. Моим выстрелом ему снесло часть черепа, наверняка задело и мозг, но он всё ещё был жив — если так можно, конечно, сказать о нежити.

Я огляделся, подхватил большой камень и обрушил его на голову мертвяку. Тот дёрнулся и замер. Готов! Отыскав саблю, я быстро перезарядил терцероль и бросился дальше в лес. Через подлесок, через ельник… По лицу хлестали ветки, ноги цеплялись за корни, один раз я налетел на ствол, ободрав щеку и коротко выругавшись, а костёр водителя становился всё ближе.

Чем дальше, тем сложнее было удерживать полог, закрывающий меня от мертвяков. Голова гудела, а по телу разливалась слабость. Плюнув, я отбросил полог и дальше пошёл как есть. Чему быть — того не миновать, а если я заявлюсь к водителю обессиленный и беспомощный, пользы мне от того полога не будет.

Я упрямо шёл вперёд, и вскоре моё упорство было вознаграждено. Через десяток-другой шагов деревья расступились, и я оказался на большой поляне. Вгляделся в большое тёмное пятно, маячившее посередине, и усмехнулся.