ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первая книга здесь: #571277 Что нужно, чтобы выстоять против орды мёртвых? Стены покрепче, порох посуше и люди посмелее. Что есть у меня? Пятьдесят душ, которые видели оружие только издалека, полуразвалившийся селитряный заводик и Дар, за который церковники отправят меня на костёр. Меня зовут Александр Дубравин. Помещик поневоле, некромант по проклятию и единственный шанс Малого Днища пережить наступление мертвецов. Орда уже идёт, и с каждым днём земля стонет всё громче. Нужно успеть всё: научить крестьян сражаться, наладить производство пороха, укрепить стены… и не выдать себя. Если мы выстоим — у нас будет будущее. Если нет… у орды станет на пятьдесят душ больше. Добро пожаловать в осаду.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тот поглотил его, мигнул зелёным — а потом по всему телу пробежала волна силы и свежести. Я вздрогнул и с недоумением помотал головой.

Состояние было такое, будто посреди жаркого дня я с разбегу прыгнул в горную реку. Боль, нечеловеческая усталость, ломота в конечностях — всё куда-то ушло. Я будто заново родился. Качнув головой, я посмотрел на камень, а он довольно подмигнул мне и погас. Будто насытился полученной жертвой — и одарил меня в ответ.

Я снова встряхнул головой, отгоняя наваждение, выдохнул и принялся собирать по поляне разбросанное оружие. Тело водителя, весело потрескивая, доедал огонь, рядом валялись два трупа его стражей, а над головой бесстрастно смотрела на происходящее бледнеющая в предрассветных сумерках луна.

Я поднял штуцер и повесил на плечо. Подобрал Лепаж, механически перезарядил его, принялся искать второй. Я делал всё это машинально, голова моя была занята другим.

Не знаю, что сейчас происходило в деревне, но пока выглядело так, будто нам удалось отбиться. Если, конечно, орда мертвяков в деревне не успела сожрать там всё подчистую. Ночь страха прошла, где-то на востоке поднималось солнце, которое вскоре разгонит мертвяков по укрытиям. А потом предстоит длительная зачистка. Изба за избой, подвал за подвалом… Но беспокоило меня вовсе не это.

Гораздо больше меня волновало то, что я почувствовал, когда ухватился за толстый зелёный луч, лопнувший последним. Этот луч шёл не от водителя. Он шёл к нему. И за миг до того, как оборвать его, я почувствовал чужой разум. Холодный, расчётливый, злобный. Он был где-то там, на другой стороне луча, и управлял водителем так же, как водитель управлял ордой.

Кукловод сам оказался марионеткой — и это мне очень не понравилось.

Но самым плохим было не это. На какой-то короткий момент мою душу затопила чужая злоба, чёрная ненависть, всепоглощающая тьма, от которой хотелось упасть на колени, забиться в нору, свернуться калачиком и больше никогда не вылезать на белый свет.

Не только я почувствовал кукловода — кукловод тоже почувствовал меня.

И это мне категорически не нравилось.

Nota bene