ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Аэропорт» — это не хроника, не расследование, не летопись. Это художественный вымысел, основанный на реальных фактах. В книге много персонажей, много переплетающихся драматических сюжетных СЕРГЕЙ ЛОЙКО АЭРОПОРТ Главная книга о войне, которой не должно было быть, и о героях, которые хотели жить, но умирали БЛАГОДАРНОСТЬ Моим маленьким Зое и Максу посвящаю эту книгу. Надеюсь, когда они вырастут, описанное к ней будет как фэнтэзи, — не потому, что «этого не может быть никогда», а потому, что этого не должно никогда быть... Выражаю свою искреннюю благодарность участникам проекта «Аэропорт». Уверен, без вас этот роман не состоялся бы. Участники проекта «Аэропорт» : Продюсер проекта «Аэропорт» по Восточной Украине Алексей Ломский, позывной «Баркофф» Главные военные консультанты и эксперты: Юрий Береза, депутат Верховной Рады, позывной «01» Юрий Бирюков, советник Президента Украины, позывной «Феникс» Юрий Бутусов, главный редактор «Цензор.НЕТ» Андрей Гречанов, киборг, позывной «Рахман» Максим Дубовский, позывной «Whisky» Константин Вьюгин, позывной «Rover» Сергей Танасов, киборг, позывной «Танас» Военные консультанты и эксперты: Максим Музыка, киборг, позывной «Зоран» Андрей Федосов, киборг, позывной «Яфет» Зиновий Лобчук, киборг, позывной «Зенек» Геннадий Влачига, киборг, позывной «Термит» Алексей Матлак, киборг Михаил Кучеренко, киборг, позывной «Полиглот» Сергей Быстров, киборг, позывной «Серго» Александр (Ашер Иосиф) Черкасский, киборг, позывной «Ашер» Спасибо издателю книги Дмитрию Кириченко, дизайнеру Виктории Кириченко и всей команде издательства «Брайт Стар Паблишинг» за работу над книгой и профессиональный подход к делу. Спасибо Святославу Вакарчуку и группе «Океан Эльзы» за разрешение использовать в бук-трейлере к книге народную песню «Ой, чий то кiнь стоiть...» в их исполнении. Особая благодарность выдающемуся графику и дизайнеру Мише Аниксту (Anikst Design, Lond

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

аний Сталiнград! Кому рушницю, кому набоi, кому маску, кому балон![175]

Тритон бегом понес Алексею противогаз, но споткнулся обо что‑то, выронил его, наступил ногой, полетел вперед через себя. Когда поднялся и протянул руку к противогазу, оказалось, что одно очко треснуло.

— Вот, дядя Леша, это вам, — Тритон протянул Алексею маску и баллон, когда добрался до их с Саламом угла, и продолжил с виноватым видом: — Все, что осталось. Суки, брак подсунули.

— Ничего, спасибо, — улыбнулся Алексей, — что‑нибудь придумаем.

Задыхаясь и умирая от газа, он успел сделать несколько сумасшедших снимков общей паники, и теперь, довольный, пересматривал их рядом с Саламом на их уже привычном месте у холодильника. Хозяйственный Салам успел выбежать на взлетку, отыскать там улетевшую при «атомном» взрыве дверь от холодильника и вернул ее на место, накрыв зловонных «дневальных» и усевшись рядом.

Попытки газовых атак повторялись еще раза четыре, но поднялся ветер, он продувал киборгов до костей, унося с собой неизвестное БОВ[176] до того, как оно могло принести ощутимый вред. Паника прекратилась. На войне солдат быстро привыкает ко всему, если хочет жить. В жизни солдата, как и в жизни космонавта, самое главное правило: Don’t panic!

Последние два слова Алексей произнес вслух.

— Не понял, — переспросил его Салам.

— Главное, не ссать, — Алексей перевел для него фразу на человеческий язык.

— Это точно, — согласился Салам, потом взглянул на Алексея красными, еще слезящимися глазами и добавил: — Но иногда не мешает.

Оба рассмеялись, но их смех быстро перерос в новый приступ кашля.

Единственным, кто никак внешне не паниковал и на кого, похоже, не действовал газ, был Моисей Соломонович Гриневич, сорокатрехлетний художник из Феодосии. Он бежал вместе с женой и четырьмя детьми в Днепропетровск сразу после аннексии. На фронт пошел в июне добровольцем. Сказал, не хочет больше никуда бежать. Он был евреем-ортодоксом и тем самым идеальным жидобандеровцем, которым в России пугают детей. А воевал он в составе «Правого сектора», то есть по российским меркам он еще являлся и евреем-гестаповцем.

Моисей Соломонович, позывной «Раввин», был рад, что приехал в Днепропетровск, потому что там «самая красивая синагога в Украине». «Я таки против того, чтобы ее осквернили казаки, — сказал он, уходя на фронт под молельный плач своего огромного семейства. - Не хочу, чтобы Днепропетровск превратился в Бабий Яр».

Он и выглядел, как раввин, только в форме, что делало его самым живописным персонажем в Аэропорту. Алексей даже подумал, что классное могло бы выйти кино с сюжетом, где Раввин оказался бы последним пассажиром в Аэропорту. Уснул, опоздал на рейс, и его, словно волной, накрыло цунами войны. Как он учился воевать и т.д.