– Трусики и морковь. – Он качает головой и поглаживает меня по спине, пока мое дыхание не выравнивается. – Не терпится увидеть, что еще выпадет из твоей сумки.
Несколько минут мы стоим перед домом, молча прижавшись друг к другу, рядом с сердцем, которое он сделал для меня и где высек мои будущие инициалы. Как будто он так уверен во мне и в нас.
Как будто нам лучше вместе, и он знает это.
– Я люблю тебя, Кейд, – бормочу я, уткнувшись в него.
– Я тоже люблю тебя, Ред.
А затем он просто обнимает меня еще крепче, и, надеюсь, никогда не отпустит.
36
Кейд
– Вот бы ты поскорее родила, и у нас уже был бы ребенок. Я как на иголках. – Саммер подпрыгивает на заднем сидении моего грузовика. И в зеркало заднего вида я практически вижу излучаемую ею радость.
– Сам, попридержи коней. Я на третьем месяце, – парирует сидящая за мной Уилла.
– Она только об этом и говорит, – смеется Ретт, барабаня по пассажирской дверце как раз над смастеренным им блестящим плакатом для завтрашнего торжества. Он гласит: «Вполне неплохо. Для пенсионера».
Чертов урод.
– Уф-ф. Малыш будет очаровательным. Я уже готова стать классной тетей.
С тех пор, как мы поделились новостью о беременности, ажиотаж вокруг будущего ребенка не утихает. Все на седьмом небе от счастья.
Особенно Люк.
Когда мы ему рассказали, он расплакался от счастья. И я вместе с ним. От одной мысли, как быстро поменялась жизнь, закололо в переносице. Все так внезапно.
На данный момент это чертовски важная для меня тема.
– Чувак. – Уилла хлопает моего брата по плечу. – Читай между строк. Хватит валять дурака и постарайся сделать так, чтобы наши дети выросли лучшими друзьями.
Лицо Ретта становится серьезным, и он качает головой, но я замечаю, как у него дрогнули уголки рта. Прямо как в детстве, его это уже тогда выдавало с головой.
– Даже не знаю, что тебе ответить, Уилла. Мы все пробуем, пробуем и пробуем, но без толку. Это изматывает, понимаешь? И я задаюсь вопросом, а может, все дело в противозачаточных.
– Иди в жопу. – Я принял эстафету и ткнул брата в грудь.
– Нет, детка, просто у тебя нет
кинка на размножение
, – вставляет Саммер. Эти слова вырываются из нее с фырканьем и сопением.
– А вот это я запомню, навсегда, – говорю я и стискиваю зубы, чтобы сдержать улыбку.
– Навсегда, – хором раздается ото всех пассажиров грузовика. И я чувствую, как Уилла слегка сжимает мое плечо. Я протягиваю руку и накрываю ее ладонь своей: кроме шуток, мы оба волнуемся.
Мы озадачены и не совсем готовы, но счастливы. Чертовски счастливы. Никогда прежде я не чувствовал себя лучше, плывя по течению. Как бы банально это ни звучало, я никогда не чувствовал себя более умиротворенным.
Годами я жил с ощущением покинутости. Злости. Будто у всех вокруг все получается с лету, а я погряз в ответственности.






