Интересно, что тогда было бы со мной? Селин бы позаботилась и тут же убила меня? Или вдруг прониклась чувствами, чтобы продолжить пытать в память о брате?
Я наблюдаю за тем, как Дэрил подходит и хватает меня за волосы, вытаскивая в середину комнаты, чтобы отцепить от кандалов. Он частенько стал так делать, ведь ему нравятся, когда от него убегают, просыпается животный инстинкт, как ублюдок сам говорил об этом. Но я не бегу. Больше нет.
Сегодня он злее обычного, вероятно, причина этому – травма глаза.
Дэрил пришел один, а значит, что сегодня он будет использовать моё тело только для битья.
Я оказываюсь права, чувствуя сильный удар внизу живота. Из груди вырывается сиплый звук, и рефлекторно всё ещё пытаюсь прикрыться, защититься хоть как-то.
Дэрил бьет и бьет, до тех пор, пока я вновь не чувствую кровь во рту и краем сознания понимаю, что ближайшее время предстоит провести в кровати, которую сюда привозят каждый раз, когда я восстанавливаюсь.
Его удары сегодня более болезненные и жестокие.
Он молчалив, что совсем непохоже на ублюдка.
Очередной удар, и я перестаю как-то реагировать на происходящее, даже больше не крича и переставая чувствовать тело. Такое бывает, когда в один момент просто достигаешь пика.
Я лежу на холодном полу, чувствуя, как кровь стекает по подбородку.
Перед глазами плывут темные пятна, и я изо всех сил стараюсь не потерять сознание. Нужно дождаться, пока он уйдет. Иначе все повторится снова.
Когда мужчина устает, то прекращает. Слышу, как он что-то бормочет себе под нос. Слова неразборчивы, но в них сквозит какая-то злоба, ненависть.
Дэрил всё ещё не уходит, когда я чувствую, как меня сильнее мутит, но я не то что не могу выплюнуть ранее съеденное, даже просто вздохнуть.
Темных пятен становится только больше, и я уже не борюсь с подступающей темнотой, понимая, что
вот оно.
Наконец.
Мои губы едва дрогнули в подобие улыбки, а из груди вырвался слабый тихий стон, когда я с облегчением прикрыла глаза.
Глава 25
Приоткрываю глаза, чувствуя внизу живота сильно ноющую боль, и понимаю, что нахожусь в месте, похожем на больничную палату.
Всё помню, поэтому не понимаю, где я.
Я тут совершенно одна, рядом стоит множество приборов, катетер в руке, но это не так напрягает, как боль внизу живота. Почему так болит?
Хочу поднять руки и убрать ими одеяло, когда понимаю, что к одному из запястий прикреплены наручники, а с другой стороны они цепляются за кровать. Значит, я всё ещё в плену. Глупо было даже предполагать другое.
Убираю одеяло в сторону только одной рукой и приподнимаю одежду, замечая не только синяки по всему телу и старые шрамы от порезов, но и свежий большой шов внизу живота. Такой, словно меня оперировали.






