– Да, спасибо! – бросил шутливо Дом через плечо. Обычно он никогда так не делал, но теперь решил подыграть сыну. Который, как оказалось, был на удивление добрым человеком. «Хороший парень», – так сказал Грегор.
Они стояли на горячей мостовой, солнце слепило глаза, во всех направлениях сновали массы людей. Хьюго снял свитер и убрал его в рюкзак.
– С тобой все в порядке? Тебе не слишком тяжело? – поинтересовался Дом.
– У меня все отлично, – ответил Хьюго. – Пойдем пешком?
Через несколько кварталов Дом пригласил Хьюго в кафе, где они накупили всякой вкусной выпечки; потом они пошли в парк и устроились там на лавочке. Неподалеку в тени на одеялах лежали молодые люди, кто-то катал по траве футбольный мяч. Дом вспомнил, что солнце так же грело ему спину, когда семнадцатилетним парнишкой он в то последнее лето был в Небесной. Кидал в реку камешки. Голова Астры поднималась над водой, гладкие мокрые волосы придавали ей сходство с тюленем. Долгие поездки по проселочным дорогам. Ее рука в его руке. И еще та музыка. А в придачу открытое окно. Если б только можно было прочитать сценарий жизни. Если б только он заранее смог прочитать и понять, насколько естественна будет Астра. Это же было так очевидно. Та неделя в Небесной заложила основу всей жизни. Она стала ее фундаментом. И позволила ему сейчас оказаться здесь, на этой скамейке со своим сыном.
Они без спешки потягивали кофе, Хьюго постукивал пальцами по стаканчику. Голуби взмахивали крыльями, суетясь возле сидевшей на соседней скамейке женщины, бросавшей себе под ноги пригоршни крошек. Мимо проехал семейный велосипед, детей подстраховывали дополнительные колесики.
Хьюго отпил еще глоток кофе и спросил:
– Можно задать тебе один вопрос?
– Да, конечно.
– Как думаешь, мне переехать к Миранде? Считаешь, я к этому готов? Я ведь продумал весь путь, чтоб до тебя добраться, как тебя найти. И мне кажется, я неплохо с этим справился, разве не так? – Его нога снова стала отбивать такт, постукивая по земле.
Дом облокотился о спинку скамейки, легонько коснувшись бедра Хьюго. Руку он не убирал, ритм движения ноги замедлился, и вскоре оно прекратилось.
– На этот вопрос я тебе ответить не могу. Только ты сам можешь решить, готов ты к этому или нет.
– Ты так думаешь?
– Я в этом уверен.
Он знал, что сын на него смотрит, но не отводил взгляд от футбольного мяча, летящего и кружащегося в воздухе. Сделав даже самое незаметное движение, он бы разрыдался. Потому что на него так все накатило, будто автобус ударил в грудь. Он сосредоточился на бумажном стаканчике, который держал в руке. Вдалеке за их спинами на жаре гудели машины, легкий ветерок доносил звуки популярной мелодии, передаваемой по радио. Все кругом сияло. Все было просто замечательно.






