ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он был здесь всегда. Сколько помнил себя. Ждал тело. Иногда тело появлялось, но оказывалось неподходящим. Без имени, или слабым. Тогда он покидал его и снова ждал. Он знал, что тело придет. Сергей Баунт Тело Глава 1 У него не было имени. Там где он родился, имя не нужно. Зачем оно безмозглому кусочку плоти? Имя появлялось, когда появлялось тело. Поэтому каждый раз его звали по-разному. Несмотря на то, что его жизнь начиналась, как жизнь амеб, плавающих рядом, он помнил все. С самого начала. От рождения. Правда, память, как и имя, появлялась потом. Когда появлялось тело. И помнил он не только свое, но и то, что приобретал. Это хорошо. Это помогало. Помогало выжить. А выжить надо любой ценой. Чтобы вернуться и зачать новую жизнь. Тот, кто родится, тоже когда-то отправится на поиск тела. Вечный круговорот. *** Порфирий в последний раз осмотрел избу. «Нет, все сделал так, как надо». Если кто-то появится здесь, сразу поймет, что хозяин был работящим и следил за жильем, как положено. Все прибрано, чистенько. Немудрящая посуда стоит на своем месте. Печь вычищена. И даже растопка подготовлена. Дрова сухие, лиственные. Заходи и живи. Он вздохнул. Вряд ли кто увидит все это. Зря он старался. Он хотел выругаться, но удержался. Обет, есть обет. Нельзя ругаться, иначе бог не станет помогать ему. А помощь ох как нужна. «Все, посидел на дорожку, пора». До урочища путь не близкий. Скоро встанет солнце, а дело надо делать, пока светло. Только тогда у него будет шанс. Он поправил сапоги, встал, потом накинул на плечи мешок с немудренной едой, взял винтовку, перекрестился на место, где когда-то стояла икона, и шагнул к выходу. У дверей опять остановился. Взгляд мимо воли наткнулся на, стоявшие рядом, две пары сапог. Большие, взрослые и поменьше. Жены и дочери. На гвозде у самой колоды висел старый дождевик. Его накидывала жена, когда выбегала во двор в дождь. Он зачем-то поправил плащ,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тот, кто смотрел на него из них, был тот же, кто управлял телом Василия или Глафиры. Дочка молча развернулась и медленно пошла по дороге к дому. Снег размеренно скрипел под её ногами, но ощущения, что это шаги человека не появлялось. Словно ветер поскрипывал ставней в заброшенном доме. Тоскливо и безжизненно. Это шла сама Смерть.

***

Старик Филипов жил один, и Порфирий никак не ожидал, что с ним получится столько возни. Дед разменял шестьдесят, и, как он сам говорил – уже давно готовился к смерти. Кроме того, жил он на отшибе, по дороге к деревенскому кладбищу. Поэтому охотник оставил его напоследок. Сначала надо было отловить тех, кого он опасался. Здоровых и молодых. Он не сразу понял, что самый лучший выход, это убивать людей. Хоть и звучало это страшно, но это так. Это уменьшало мучения односельчан. Поэтому, он приготовил два патрона, зарядил двустволку и отправился к развалюхе старика. За все время, что он отлавливал жителей, деда Филипова он видел только один раз. Несколько дней назад. Но это совсем не означало, что его нет. Ни умереть, ни уйти из деревни старик не мог. Порфирий знал это точно.

Это знание далось ему труднее всего.

***

Все. Теперь живых односельчан не осталось. Он расправился со всеми. Большинство, конечно, перешли в разряд мертвецов по-тихому, так как это произошло с дочкой. Надо было только отвести их подальше от деревни. Порфирий даже высчитал границу, на которой происходило это. Перешагнув эту невидимую черту люди умирали. Во всяком случае, их душа покидала их. В теле оставался только демон.

Однако с несколькими это не получилось, они никак не шли из села. Первым это произошло с Георгием-водовозом. Он заартачился, а так, как весу в нем было пудов

восемь, Порфирий не мог справиться с ним. Георгий стал первым, кого он убил по расчету. Охотник застрелил его, и через пять минут, тот поднялся и уже не сопротивляясь, пошел в сарай. Таких, окровавленных мертвецов там набралось не меньше десятка.

Теперь они все были здесь – в торговом складе Керима. Он находился в одной ограде с лавкой и жилым домом татарина. Товары из склада, охотниик выбросил прямо на снег. Все равно, больше никому не нужны. Сначала помещение казалось большим, но по мере того, как Порфирий притаскивал сюда все новых, и новых людей, оно стало быстро уменьшаться. Так что, когда все жители оказались в этом сарае, то он стал напоминать бочку с солеными груздями. Больше семидесяти душ. Вместе с дедом Филиповым. Он только что усадил его на лавку, столкнув с нее кого-то. Если считать с Василием, Глафирой и Федоровой Настасьей, закрытыми в погребе, получится семьдесят четыре.

Сначала он не хотел перетаскивать сюда этих троих, не хотелось снова переживать начало всей этой истории, но потом решил, пусть все мертвяки лучше будут в одном месте.