ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

–Ты действительно думала, что сможешь просто уйти, Лия? –ледяной шёпот Адриана обжигает кожу, а его мощные руки смыкаются на моей талии, не оставляя шанса на побег. –Теперь ты больше не Яра Бах Одержимость Старшего Пролог — Ты правда думала, что я выберу «пустышку» вроде тебя вместо настоящей волчицы? Голос Марка, еще вчера шептавший мне клятвы о вечной любви, теперь хлестал по лицу больнее ледяного ветра. Мы стояли на священной поляне у кромки леса. Вокруг — вся стая. Десятки пар глаз, светящихся золотом в предвкушении Ночи Первого Бега. Воздух дрожал от коллективного возбуждения, пах хвоей, адреналином и тем особым, звериным жаром, который я должна была разделить с ним. — Марк, нам было по пятнадцать, когда ты назвал меня своей, — я сделала шаг к нему, пытаясь поймать его взгляд, но он смотрел сквозь меня. — Шесть лет. Мы вместе шесть лет! Ты обещал, что сегодня мы обернемся парой. — Шесть лет я ждал, когда в тебе проснется хоть что-то, кроме человеческой слабости, Лия, — он скривился, и его кожа на шее начала мелко подрагивать — зверь рвался наружу. — Если бы не мать, я бы никогда на тебя не взглянул. Мне не нужна дефектная девка, от которой пахнет просто... человеком. Мое сердце пропустило удар, а потом рассыпалось в пыль. — Дефектную? — прошептала я, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. — Ты называешь меня так после всего, что между нами было? — Между нами была детская, наивная влюбленность, — Марк обернулся к Селене, которая стояла чуть поодаль, дерзко выставив бедро. Она уже начала раздеваться, сбрасывая одежду перед оборотом, и ее тело светилось здоровьем и первобытной силой. — А теперь началась взрослая жизнь. И в этой жизни мне нужна она. Селена подошла к нему, по-хозяйски положила ладонь на его грудь и обернулась ко мне с торжествующей улыбкой. — Не мучай парня, Лия. Иди домой. Почитай книжку или что вы там, люди, делаете по вечерам? Вокруг послышались

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я опустилась рядом с ним на колени, взяла его руку и сжала.

Мы сидели так долго. Снег тихо падал на наши плечи, на камень, на уже остывшие пирожки. Где-то вдалеке лаяла собака, ветер качал голые ветки лип.

Я смотрела на могилу женщины, которую никогда не знала, но которая подарила мне самого важного человека в жизни.

— Спасибо, — прошептала я едва слышно.

Адриан крепче сжал мою ладонь.

Мы ушли, когда солнце уже клонилось к закату. Оглянувшись, я заметила, как тени от деревьев легли на снег, укрывая могилу, будто одеялом.

Дома я долго отогревала замёрзшие пальцы чаем с малиной. Адриан сидел напротив, смотрел на меня и молчал. Но его молчание было громче любых слов.

В тот вечер я поняла, что мы не просто два сломленных человека, которые нашли друг друга. Мы были теми, кто научился ждать, прощать и беречь.

И это, наверное, было важнее любой истинности.

Глава 36. Рутина Альфы

Адриан

Утром я отправил Лию в университет.

— Сегодня день открытых дверей, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Посмотри программы, познакомься с преподавателями. Тебе выбирать.

Она смотрела на меня с подозрением — слишком легко я её отпускал.

— А ты?

— Дела, — ответил я. — Скучные, стайные. Тебе будет неинтересно.

Она не поверила, но кивнула. Поцеловала меня в щёку и вышла. Охрана — двое моих самых надёжных волков — последовала за ней.

Я подождал, пока хлопнет дверь, и достал телефон.

— Сэм, собирай всех, кто стоял на смене в день похищения Лии. Всех, до единого. Через час в офисе.

— Понял, — ответил он без лишних вопросов.

Они стояли передо мной шеренгой — десять оборотней. Кто-то бледнел, кто-то сжимал кулаки, кто-то смотрел в пол. Они знали, зачем их вызвали.

Я не стал тратить время на слова.

Ударил силой — не физически, ментально. Моя воля врезалась в их сознание, ломая щиты. Кто-то охнул, кто-то пошатнулся, но никто не упал. Они клялись мне в верности, и клятва открывала их мысли настежь.

Образы хлынули потоком.

Они видели Лию. Видели, как она выходит через центральные ворота. Видели, как она притормозила, ожидая реакции. И… ничего. Они просто выпустили её, ведь я не отдавал приказа задержать. Просто тупая, беспечная уверенность, что она скоро вернётся. Что ничего не случится.

Я выдохнул. Не от облегчения — скорее от усталости.

— Свободны, — сказал я. — Сегодня вы мне больше не нужны.

Они разошлись молча, боясь поднять глаза.

Осталась только кухарка.

Та самая, что передала Лие записку. Та, что клялась в верности моему отцу, а потом мне. Я смотрел на неё, и она смотрела на меня — спокойно, даже с вызовом.

— Ты сказала, что Лия прочла записку при тебе, — начал я. — Но она не читала. Говорит, что спрятала в карман и не доставала.

Женщина молчала.

— Ошиблась? — спросил я тихо. — Или память подвела от страха?

Она не ответила. Только сжала губы.