— Мурад? — растерянно переспрашивает бабушка и тут же отряхивает руки. Снимает фартук. — О, Аллах, зачем он к нам пожаловал?
— Захотел тебя проведать, бабуля, — улыбается добродушно сестра. — Даже не представляю, как такой человек, как Мурад Хафизов, ходил в школу, получал двойки...
— Мурад всегда учился на отлично, — со вздохом поднимается из-за стола бабушка. Поправляет платье и смотрит на нас выжидающе. — Дай мне платок, Гуленька. — Потом переводит взгляд на меня. — Нет, лучше ты, Белла.
Срываю с головы тонкую шелковую ткань, отдаю бабушке. Поправляю волосы, а сама ни на секунду не могу отойти от окна. А там уже мой отец услужливо встречает почетного гостя. Сбегает с крыльца, раскрывая объятия, лебезит, но Мурад осаживает его холодным взглядом. И только сейчас я понимаю, сколько власти сосредоточено в руках этого человека. Он что-то на ходу бросает отцу, и тот бежит вперед открывать двери. Даже сутулит спину, будто подчиняясь высокому гостю. Обычно папа себя так не ведет. Он ходит с гордо поднятой головой и всегда скор на расправу. Неважно, кто перед ним — мои младшие сестры или старшая, Гуля. Только на меня, любимую дочку, его гнев не распространяется. А если мне перепадает папино недовольство, то только строгий взгляд или тихий выговор: «Ну как же так, Белла?».
На кухню влетает взволнованная мама.
— Белла, иди, папа тебя зовет, — выпаливает она, а сама, повернувшись к сестре, просит тихо. — Дай воды, Гуленька. Что-то сердце прихватило.
— Что происходит, Алла? — строго спрашивает бабушка.
— Мурад обвинил Рината в растрате. Пропали какие-то большие деньги. Это такой позор. Надеюсь, Хафизовы найдут виновных. Ринат — честный человек, — тараторит мама, держась за сердце, и тут же переводит взгляд на меня. — Иди уже, Белла. Отец зовет.
— Зачем им нужна наша девочка? — строго спрашивает бабушка и добавляет со вздохом. — Возьми платок, Белла. Я с тобой пойду.
— Роза, не надо, — охает моя мама. — Мурад выставит тебя.
— Не посмеет, — отрезает бабуля, направляясь к двери. И уже в коридоре берет меня за руку. — Все будет хорошо, детка.
Так и вхожу в комнату, полную мужчин, за ручку с бабушкой.
— Здравствуйте, Роза Багратовна, — поднимается с бархатного дивана Хафизов. Улыбаясь, подходит к нам. Взяв бабушкины руки в свои, кланяется уважительно. — Рад видеть вас в добром здравии, — смиренно опускает голову.
И бабушкина пухлая ладонь, будто благословляя, тут же ложится ему на темечко.
— Рада приветствовать тебя, Мурад, в своем доме, — степенно кивает бабуля. — Только не пойму, по какой причине ты решил навестить нас? Явно не с добрыми вестями пожаловал.
— Мама, — слышится из-за спины Хафизова гневное шипение отца. — Выйди, пожалуйста. Это тебя не касается...






