ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Скальпель Вячеслав Воронов Я снова сжимал в руках эту проклятую газету, мял её, с трудом сдерживая желание разорвать в клочья. Желание швырнуть на пол и с яростью разозленного носорога потоптаться по ней ногами. Конечно, я понимал, что это было бы мальчишеством, глупостью, чем угодно, но не поступком взрослого человека, у которого выкрали двенадцатилетнего сына. Газета — хоть какая, но все же улика. Надо было что-то делать, но что, я не знал. Мысли, подогреваемые эмоциями, грудились в голове кусками гранита, которые застыли после горного обвала. Если бы все было, как в кино — похищение, требование выкупа, все просто, жестко и понятно. Но бред этих событий я просто отказывался понимать. Кто была девушка, навязавшая мне газету? Наверняка их сообщница. Что было бы, не пойди я на те дурацкие курсы? Конечно, у них припасен запасной метод, как прочистить мне мозги, чтобы я осознал всю значимость их притязаний. Но я все же пошел, и в этом прослеживался четкий психологический расчет. Я всегда знал, что психология — великая вещь. Но лучше рассказать все по порядку. Это поможет мне сконцентрироваться и найти решение, выработать план, как действовать дальше. Раз уж я оказался один против организации, системы, взявшей меня в клещи. Один — среди людей, в государстве, с его институтами и гарантиями. Итак, в то утро, утро жаркого летнего дня, я побрел в ванную, чтобы умыться. Как только я открыл кран, в дверь позвонили. Я вышел из ванной и взглянул на часы, висевшие в коридоре. Стрелки показывали начало девятого. Марина уже ушла на работу, оставив в атмосфере квартиры назойливый запах парфюмерии. Руслан спал, его не разбудил бы и церковный колокол, не говоря о мелодичной трели звонка. Позёвывая и не слишком торопясь, я отыскал шорты, надел их и побрёл в коридор. За дверью я увидел де

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Что хорошего в твоем бесцельном существовании?

— Все, больше лекций от тебя я выслушивать не собираюсь!

— Если не собираешься, то почему не отключишься? — голос его зазвенел еще большей леденящей твердостью. — Не собирается он! Ты уже понял, что услышишь от меня что-то важное. Чувствуешь волнение в груди, это жутковатое ощущение тайны, которая придаст новый виток твоей жизни? Ладно, не буду утомлять тебя разговорами — у нас они еще будут. Надо беречь силы и нервы — тебе придется много работать. Так вот, отныне ты можешь не переживать за сына, не утруждать себя. Я решил взять эти хлопоты на себя, ему у меня будет хорошо. Он научится многому, на что у вас не было ни времени, ни желания.

— Не понял, о чем это ты? — мой голос дрогнул, лоб покрылся испариной. — Что ты несешь?

— То, что слышал. Руслан у меня, искать его бесполезно, бегать по всяким инстанциям тоже. Единственное, что поможет тебе — это выполнение в срок моих условий. Приходится давать пинок под зад, настолько ты толстокожий!

— Ты что, шутишь? Что ты несешь?…

— Я очень далек от шуток! Позвони домой и убедись в этом. Подсказать номер? А то с перепугу ты можешь его забыть. Хотя ты еще не веришь, что такое может произойти с тобой, ведь кроме мелких неприятностей в твоей жизни ничего такого не случалось. Это там, где-нибудь на краю земли, происходят чудовищные преступления и государственные перевороты, люди гибнут от голода и болезней. Ты знаешь, что за прошлый год в Африке больше миллиона человек умерло от голода и его последствий? А ты знаешь, что чуть не каждый третий там заражен СПИДом? По телевизору про это посмотреть даже приятно, правда же? Сидя в мягком кресле, с полным брюхом, посмаковать, как чернокожие уроды, высушенные болезнью дистрофики, бьются в судорогах нечеловеческой боли! Кожа их покрыта струпьями и гнойниками…

— Ну, хватит молоть всякую чушь!

— Это не чушь, это правда! Но все уверены, что ничего подобного их, конечно, коснуться не может. А тут — на тебе, и твою драгоценную задницу побеспокоили. Короче говоря, переваривай информацию и помни, что сроку у тебя — шесть дней, включая сегодняшний. Бегать в полицию не надо, жену расстраивать тоже не надо — будет только хуже. И вообще поменьше болтай. Ну, все, я и так с тобой заговорился. Ты должен ценить, что я уделяю тебе столько времени, не ты один, в конце концов. Удачи, — и он отключился.

— Случилось что? — участливо спросила Наташа с застывшими в готовности над клавиатурой пальчиками, и обеспокоенно взглянула на меня.

— Да не знаю я! — рявкнул я. Ожесточенно потерев ладонью щеку, больно поддернув кверху нос, я тяжело вздохнул и стал набирать номер.

Дома никто не отвечал, но я довольно долго вслушивался в тягуче-длинные гудки вызова, с силой вдавив в ухо телефонную трубку.