ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

За чертой Роман Волокитин Как часто силой мысли в краткий час Я жил века и жизнию иной, И о земле позабывал. Не раз, Встревоженный печальною мечтой, Я плакал; но все образы мои, Предметы этой злобы иль любви, Не походили на существ земных. О нет! всё было ад иль небо в них. Михаил Лермонтов На дворе стояло солнечное субботнее утро. Перед тем как отправиться на работу, Сильвия по традиции откопала меня из-под одеяла для традиционного сонного поцелуя. Хлопнула входная дверь, солнечный свет заставлял мозг просыпаться, а я, изо всех сил сопротивляясь бодрости, приказал своей маленькой квартирке затемнить стекло. Приятный, ленивый полумрак как будто нашептывал на ухо: «Валяйся до полудня, а то и дольше», – но не тут-то было. Стоило мне только снова задремать, как в подъезде громыхнуло так, что я выпучил глаза и забился в угол кровати, как кот во время грозы. «Как же все это задолбало!» Снова став нормальным человеком (хоть и с подергивающимся глазом), а не пучком из страхов и инстинктов, я, сбросив на пол одеяло, бурча под нос ругательства, побрел на кухню. На столе меня ждал недопитый стакан теплого виски. Пожав плечами, я осушил его, запил водой из-под крана и, словив расслабончик, отправился в ванную. «Чёртов Гудье со своим дробовиком, чтоб ему пусто было!» – причитал я уже не так ожесточенно, пока десятки тончайших теплых струек щекотали мое лицо. Тридцать семь градусов – примерная температура околоплодных вод. Такой душ меня научили принимать в центе реабилитации «Путь к Истоку». Успокаивает, несмотря на то, что «вы́носила» меня не женщина, а банка в клонариуме. На средних уровнях суицидников было немного, но именно у меня в подъезде поселился один из самых громких. «Гудье подослала ко мне карма, как плату за халтурный подъем из низины, – думал я, пока чистящая таблетк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Тебе на колдобинах лучше спится, чем в тишине? Диван дорогу перегородил, – сказал Уолт.

– Какой к черту диван?

– Вот этот чертов диван!

Объехать диван по узкой горной дороге не было никакой возможности, и нам пришлось столкнуть его в обрыв. Дотронувшись до знакомой обивки, я не мог поверить, что это действительно происходит. До последнего я не хотел отправлять уголок нормального мира вниз по крутому склону, вот же он, прямо передо мной! Каждое знакомое пятнышко, каждый прохудившийся шов!

– Откуда тут этот чертов диван, Индира?

Читать дальше

– Сэт, я знать не знаю.

– Это мой чертов диван. Из моей комнаты, – сказал я. – Это знак, говорю вам. Жми на газ, Уолт, мы всё делаем правильно! Я встретил объект из жизни, я поймал энергию!

– А по-моему, ты просто тронулся. Жму. Как будто у меня есть выбор. Ну что, отряд, уверены, что надо слушать этого горе-проповедника?

– Диван-то был, – решил Макс. – Значит, быть и революции! Я слишком завелся, чтобы передумать, ненавижу двигать мебель!

– Кассиди!

– Да, родная! Что-то ты быстро. С Ритой все в порядке?

– Да, все отлично. Мы по делу. Это Айро, в прошлый раз я его не представила.

– Рад знакомству, Айро, как меня кличут, ты знаешь. Закончилась бутылочка? Ха-ха-ха!

Перед тем как Индира окликнула Каса, оторвав его от поедания неизвестного существа, я набрал полную грудь воздуха, которого хватило совсем ненадолго. Скоро мы c ней уже стояли перед Касом. Старик оказался ровно посередине, между нами и компанией своих друзей у костра. Кто-то из «оседлых бродяг», впрочем, никаким другом Касу не был, тот, что донес чистильщикам на соплеменника-оборотня. Макс и Уолт остались в машине. Я старался дышать маленькими порциями, и, если бы мои легкие были настоящими, смрадный воздух наверняка просто разъел бы их стенки.

– Ну так что, за вином пришли?

– Оно нам тоже не помешает, но… – начал было я.

– Нам нужно оружие, Кас. Твои обрезы. Дело серьезное! – сказала Индира.

– А у меня дело не серьезное?! – прошептал Кас. – Последнее забираешь, сестрица, и это не просто слова! Ты уж прости, но оружие мне пригодится, чтобы как следует попрощаться с чистильщиками. Я долго к этому готовился. У меня заготовлена бутыль крепленого, в сарае проделаны бойницы, есть гранаты, ах да! И четыре толстые сигары.

– Да ты и одну докурить не успеешь.

– Хочешь лишить старика последней радости и дать умереть как собаке? Я и так наполовину пёс, так пусть остальная часть порадуется!

– Послушай, Кас! – сказал я. – Оружие нужно нам не просто так. Мы подозреваем, что тарелка делает людей оборотнями.

– Айро подозревает, – сказала Индира.

– Какого черта, Инди?

– Такого, Айро! Кас – мой старый товарищ, и я не буду кормить его пустыми обещаниями.