ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ресторан спасён. Контракты получены. Имя Читаловых снова звучит в столице. Казалось бы, Михаилу пора укреплять бизнес, строить производство и превращать смелые идеи в деньги. Но Империя решает иначе: теперь он — особый императорский стипендиат Императорской Магической Академии. Здесь не помогут старые привычки и уже нанятые люди. В Академии свои законы, свои интриги и свои клетки для тех, чей дар кажется слишком опасным. Тем временем след, ведущий к смерти отца, уходит в закрытые архивы Академии. И чем ближе Михаил подходит к правде, тем яснее становится: Воробьёвы ещё не закончили игру. Они просто ждали, когда он окажется один.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Совершенно неправильная! Я требую реванша! Я был собран для обучения, а не для унижения второкурсниками с плохой осанкой!

— Заткнись, Семён, — устало сказал маготехник, тянувший его за ремень.

— У меня есть педагогическое достоинство!

— У тебя нет головы.

— Это не оправдание!

Я невольно улыбнулся.

— Впечатляет.

— Первые три дня, — сказал Лебедев. — Потом начинает раздражать.

Трое старшекурсников стояли у окна, делая вид, что обсуждают расписание. Слишком расслабленные плечи, слишком точное расположение, слишком равнодушные взгляды. Когда мы поравнялись, один лениво поднял пальцы, и мне в лицо выпорхнул огненный мотылёк.

Маленький, красивый, почти безвредный. Если не считать того, что он летел прямо к глазам. Одновременно второй старшекурсник едва заметно сдвинул воздух у моих ног, создавая подножку. Третий улыбнулся и произнёс:

— Господин Читалов, правда ли, что теперь в Академию принимают не по экзаменам, а по высочайшей милости?

Лебедев не вмешался. Лишь отступил на шаг в сторону. Наверняка он счёл это за первый экзамен, ведь нужно было хоть как-то проверить меня.

Можно было пожаловаться, но это глупо и слишком просто. Я же сделал лёгкий пас рукой, вырывая воздух из пламени мотылька, полностью лишая того кислорода, отчего пламя потеряло форму и насекомое рассыпалось прахом. Подножку же удалось отвести обратно в сторону, возвращая её в сторону ботинок старшекурсника.

— Не знаю. Меня принимали по императорскому приказу. Экзамены, кажется, будут каждый день.

Его улыбка стала тоньше.

— Острый язык не заменяет школы.

— Надеюсь, Академия исправит хотя бы что-нибудь одно.

Пальцы у него чуть дрогнули, но тут вмешался Лебедев.

— Господа, проверка новичков допустима на полигоне, в рамках правил и при наличии хотя бы крупицы вкуса. Коридор под портретом третьего ректора для этого не подходит. Во-первых, он ябеда. Во-вторых, я тоже.

Портрет над нами возмущённо кашлянул.

— Я не ябеда, профессор Лебедев! Я блюду традиции!

— Именно это я и сказал, Евлампий Саввич. — Лебедев повернулся к старшекурсникам: — По взысканию каждому. Подробности получите в канцелярии. И передайте друзьям: господина Читалова можно проверять только там, где Академия потом не будет оплачивать ремонт витражей, который обязательно вычтут из кошельков ваших семейств.

Старшекурсники поклонились, но глаза их обещали продолжение. Зато несколько проходивших студентов смотрели уже иначе: кто-то с интересом, кто-то с уважением, кто-то с желанием проверить меня позже. Я заработал новых врагов раньше, чем увидел свою комнату. Держусь в кондициях.

Зал распределения находился под большим куполом, расписанным гербами факультетов.

Боевой факультет — меч и пламя на красном поле. Маготехнический — шестерня вокруг кристалла.