ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Миренор задыхается под парадной белизной своих дворцов, а Ноктарион спокойно плетёт свою паутину, пока придворные уверяют всех, что это не смрад разложения, а благородный дух старины. Айман Калнартирион полагал, что держит под контролем всё: и монарха, и канцлера, и Совет, и интриги знатных особ, и их секреты, и свои порывы. Последнее, как оказалось, было его главной ошибкой. Айрис выглядела образцовой преемницей: молода, красива, воспитана и так одинока, что её легко можно было использовать в чужой игре. У героини имелись свои соображения: тайные счета, острые зубы, а ещё дар одним невинным взглядом устраивать политическую катастрофу. Вместо покладистой фигуры в чужой игре Айман получает змею в кружевах — с безупречной осанкой и такой бухгалтерией, что следователи схватились бы за голову. И всё чаще ему кажется, что не он ведёт партию, а его самого водят за нос. А судя по тому, куда ведут, порядочные люди туда без брачного договора не заглядывают. Теперь им предстоит одновременно и враждовать, и действовать заодно. Под вопросом — престол, наследие, грядущее Миренора и крупицы рассудка, который при дворе давно стал редкостью, как диковинный товар, ввозимый без всяких гарантий. 18+. Внутри — ядовитые отношения, борьба за власть, жестокость, шантаж, политические расправы, откровенные сцены и персонажи, которым уже не поможет психотерапевт, но, возможно, пригодится следователь. Все герои и участники любовных линий — взрослые. Это существенно: в остальном их поведение говорит, чт

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

----------

Глава 59

Глава 59

Прошло три месяца.

Зал Двух Стражей принимал Совет Лордов почти в полночь, в усечённом составе, с вежливой обречённостью комиссии, которую созвали после пожара и теперь просили установить, какой именно пепел виноват. Король перед отъездом объявил военное положение, и всё застыло между долгом и пустотой. Своды тонули в темноте, факелы чадили жёлтым светом, сквозняк шевелил штандарты, будто даже ткань боялась быть обвинённой в позиции.

Канцлер Талмарин молчал. Остальные молчали следом: власть любит тишину почти так же, как приказы, потому что в ней легче притворяться, будто порядок ещё числится живым. Айман сидел по правую руку от канцлера, привычно чуть в тени, перед ним лежала нераспечатанная депеша с треснувшей восковой печатью. Вести пришли меньше часа назад. Дарвен Эленфар, усатый и небритый, вертел в пальцах печатку. Казалось, он вот-вот уснёт, именно поэтому стоило опасаться.

Валденн Сарнарион сидел напротив, но в стороне, будто не хотел мешать комнате осознавать собственное политическое банкротство. Не двигался, не моргал, и это раздражало сильнее любого жеста. Южанин под личные поруки Аймана значил больше, чем Совет хотел признавать, к тому же Валденн приходился двоюродным племянником человеку, из-за которого их собрали среди ночи. Принцу Альдрасу.

Талмарин поднял взгляд. Голос у него и в обычные дни был гнусав, с лёгкой сипотцой чиновника, привыкшего командовать пером, а не людьми, сегодня добавилась сухость человека, впервые оставленного наедине с проблемой, пахнущей гарью, кровью и чужой решимостью. Рядом сидел Айман, спокойный, как заточенный нож в ножнах. И всё же ответственность легла на Талмарина.

— Итак, — произнёс Талмарин, переложив листы, — они действительно столкнулись в прямом противостоянии.

— И что удивительно, — заметил Дарвен, наклоняясь вперёд и теребя свою печатку, — несмотря на то, что Альдраса поддерживает, вроде бы, неотесанное крестьянство и, может быть, кучка второстепенных лордов, они оказались удивительно неплохо обучены и вооружены.

— Не тешьте себя иллюзиями, — проворчал один из западных лордов. Голос у него был низкий, с хрипотцой, привыкшей больше к командным крикам. — Всем прекрасно известно, что на сторону Альдраса перебежало несколько северных гарнизонов, — он бросил взгляд влево, на заспанного лорда Харилена. — И, конечно же, его поддержали собственные силы. Восточный регион встал за своего правителя. Говорят, когда он входил в Острогранд, ему даже не пришлось стоять у ворот ни минуты. Стража впустила его, как хозяина.

— Потому что он и есть хозяин, — сухо ответил Талмарин. Листы в его руках дрогнули, от внутреннего напряжения, едва прикрытого официальным тоном. — Мардон так и не снял с него статус Лорда-протектора Востока.