ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Миренор задыхается под парадной белизной своих дворцов, а Ноктарион спокойно плетёт свою паутину, пока придворные уверяют всех, что это не смрад разложения, а благородный дух старины. Айман Калнартирион полагал, что держит под контролем всё: и монарха, и канцлера, и Совет, и интриги знатных особ, и их секреты, и свои порывы. Последнее, как оказалось, было его главной ошибкой. Айрис выглядела образцовой преемницей: молода, красива, воспитана и так одинока, что её легко можно было использовать в чужой игре. У героини имелись свои соображения: тайные счета, острые зубы, а ещё дар одним невинным взглядом устраивать политическую катастрофу. Вместо покладистой фигуры в чужой игре Айман получает змею в кружевах — с безупречной осанкой и такой бухгалтерией, что следователи схватились бы за голову. И всё чаще ему кажется, что не он ведёт партию, а его самого водят за нос. А судя по тому, куда ведут, порядочные люди туда без брачного договора не заглядывают. Теперь им предстоит одновременно и враждовать, и действовать заодно. Под вопросом — престол, наследие, грядущее Миренора и крупицы рассудка, который при дворе давно стал редкостью, как диковинный товар, ввозимый без всяких гарантий. 18+. Внутри — ядовитые отношения, борьба за власть, жестокость, шантаж, политические расправы, откровенные сцены и персонажи, которым уже не поможет психотерапевт, но, возможно, пригодится следователь. Все герои и участники любовных линий — взрослые. Это существенно: в остальном их поведение говорит, чт

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но тут всё было иначе. Это был не просто мужчина, не только опасный ум с привычкой скупать чужие выходы заранее. Это был Айман. А он не оставлял поля для манёвра даже в любви, выдающийся административный паразит на сердечной мышце.

Таргон остался стоять в коридоре, перекатываясь с носка на пятку. Его сестра беременна и это многое объясняло. Повышенную тревожность, внезапную мягкость к людям, злость, вспыхивающую без объявления войны и исчезающую ещё быстрее. Скорее всего, Айман уже знал. Возможно, раньше неё самой. И, разумеется, действовал в рамках очередного безукоризненно логичного внутреннего плана, потому что этот человек, похоже, даже хаос предпочитал с пояснительной запиской.

Тогда и детали инструктажа становились понятны. Целый список лекарств, собранный, будто в доме прятали раненого, а не двух женщин и ребёнка. Странно чёткие указания по питанию, включая специи, которые «лучше пока не использовать». Резкое сокращение количества слуг. Несколько бутылок лёгкого вина, оставленных именно для неё, чтобы «расслабляло, но не дурманило». Айман, как обычно, заботился, будто подписывал приговор: аккуратно, продуманно, без права обжалования.

И, конечно…

Тогда логично, что всё должен сделать сам Таргон.

Он снова глянул на часы рядом с дверью. До нужного времени оставалось чуть меньше трёх часов. Этого хватало, если никто не начнёт лишних разговоров. Теперь нужно было одно: придумать, как отвлечь Айрис и Мариэн.

***

Таргон вошёл в малую гостиную с лицом, которое при определённом освещении и большом желании можно было принять за заинтересованность. Марилен, временно единственная обитательница комнаты, вскинула на него глаза, оторвавшись от книги, и с той манерной неприязнью, которую не удосуживалась скрывать даже в лучшие дни, поинтересовалась:

— Где Мариэн?

— Готовит на кухне, — отозвался он, будто это было само собой разумеющимся.

Конечно. Он «проболтался» малышке, что ему до одури хочется северного салата, с клюквой, капустой, пряными сухарями и пикантной заправкой, которую лучше всего готовят заботливые девичьи руки. Разумеется, влюблённая по-детски, по-наивному Мариэн загорелась исполнить его пожелание идеально, красиво, с инструкциями и сервировкой. И, разумеется, увлекла с собой Айрис, чтобы всё получилось правильно и по-настоящему. Идеальный план: занять барышень на часик. Иногда история движется армиями, иногда — капустой. Человечество, увы, универсально нелепо.

— А… эта твоя сестра? — с демонстративной брезгливостью, но всё же уточнила Марилен, будто боялась оскорбить кого-то другого и случайно потратить яд мимо цели.